«А я теперь про все думаю:
про войну, про капиталистов этих проклятых!
Чего ж это они на нас все рыпаются?
– Нашла, об чем думать!
– Война – тоже разлучница. Не знаешь, как детей рожать,
какая жизнь им достанется, в каку огонь-воду сунут…
– Рожать не знает как! Отрожались уж.
– Прям!»
Моя бабушка Аня, когда была еще не бабушка,
а молодая женщина, в августе 1941 года родила сына.
Назвала его Вася, в честь мужа, который ушел на фронт.
Она не знала, останется ли он в живых и подумала, наверное:
«Пусть хоть один Вася у меня останется».
На тот момент у них уже была шестилетняя дочка Люся. Моя тетя.
Она все и рассказала мне.
Происходило это все в поселке Полотняный  завод,
который в том же 1941 году был сожжен дотла фашистами.
Оставшиеся в нем люди – женщины с детьми, старики ушли в леса.
И жили в землянках. По несколько семей. Крапиву варили, траву и ели.
И  выжили!
И дед мой с войны вернулся. Точнее, с трех войн.
И потом как в сказке: стали они жить поживать, и родили еще детей.
И умерли в глубокой старости почти в один день.
Вы представляете, что такое землянка?
Как растить детей на земляном полу
без памперсов и обогревателя?
Что делать, если банкоматы не работают, а в кране нет воды?..
Я не знаю, как варить крапиву и печь хлеб из коры деревьев
без  интернета с рецептами.
Я сажаю около дома совсем не то, что можно съесть во время войны…
Сейчас, как никогда всерьез, я думаю об этом.
Что подвал надо укрепить и рецепты распечатать.

Анна Большова

Ингредиенты:

• свинина (вырезка, внутренняя часть ) – 1 кг;
• рис (обязательно пропаренный) – 1 кг;
• лук репчатый – 4-5  шт.;
• морковь – 5-6 шт.;
• чеснок – 3 головки;
• масло растительное – 0.6 литра
• приправа для плова (на 1 кг мяса);
• соль 
• Барбарис (по вкусу).

Инструкция:

Сначала натираем очищенную морковь на крупной терке.

Промытое мясо режем кубиками средней величины, крошим луковицы полукольцами.

Разводим костёр (пламя должно быть очень сильным). Затем разогреваем казан и вливаем масло.

В кипящее масло кладем мясо и обжариваем его до золотой корочки,  помешивая, чтобы не подгорело.

Далее добавляем лук  и через 2-3 минуты  морковь и пассируем овощи до золотистого цвета. Добавляем специи для плова, барбарис и соль (должно получиться немного пересолено)

Сверху высыпаем рис, распределяя ровно по казану.

Заливаем горячей водой (вода должна выступать на один сантиметр над рисом).

На большом огне ждем, когда вода выкипит над рисом. В рис вставляем три головки чеснока (целиком). Убираем открытый огонь, оставляем только угли. Закрываем крышкой и ждём.

25 минут. Плов готов.

Мария Каминская,  cпециалист отдела маркетинга и рекламы ТК «21 век».

Мое достижение. Покупка квартиры.
Моя мечта. Объездить весь мир.
Мой девиз. Невозможное возможно.
Мое оружие. Умение идти на компромисс, смогу договориться даже с маньяком и грабителем.
Мой недостаток. Непунктуальна, но борюсь с собой.
Моя коллекция. Сувенирные стеклянные шары, внутри которых живут целые города.  В коллекции уже  больше 50 штук.
Моя гордость. Польские княжеские корни.
Моя любовь. Люди, они все такие разные, лучше могут быть только собачки.
Мой самый оригинальный подарок. Цепочка с подвеской с моим именем Мариам на арабском языке и бриллиантом в букве «Р».
Моя страна. Франция с ее дипломатичными правителями.
Мой стиль. Ближе к классике, я могу одеть как кожаные брюки, так и платье.
Мой фильм. «Унесенные ветром».
Моя еда. Обожаю помидоры. Мясу и рыбе предпочитаю овощи, к сладкому равнодушна. Люблю готовить пасту.
Мое путешествие. Висячие храмы XII века Метеоры в горах Греции и Синаи в Египте. В этих местах люди разной национальности и разных религий объединены одной верой.
Моя музыка. Вивальди, радио Хит-FM и Stromae.
Мой музыкальный инструмент. Фортепиано.
Моя книга. «Мастер и Маргарита» и «Таис Афинская».
Мой автомобиль. Suzuki SX hb.
Мой актер. Кларк Гейбл в образе Ретта Батлера.
Мой аромат. Fendi Extreme.

1. Очки Chrome Hearts. Коллекция очков у меня не маленькая. Но эти – любимые.

Каждая вещь этого бренда изготавливается вручную. Дужки выполнены из черного африканского дерева и декорированы черненым серебром.

2. Шарф Lost&Found. В вольном переводе – «Бюро находок». Итальянская марка одежды ручной работы. Вещи отшиваются в небольшом ателье в Тоскане. Основана Риа Данн – талантливой девушкой родом из Канады.

3. Браслет из серебра и кожи Y-Project. Снова Италия. Бренд практически не представлен в России. Ювелирные украшения выпускает совсем недавно. Каждое изделие уникально и неповторимо.

4. Кожаная куртка Isaak Sellam. Французский дизайнер, работающий в основном с кожей и кашемиром. Отличительные детали моделей – незакрытые срезы рукавов и швы, обработанные оверлоком.

5. Кожаная куртка Backlash. Японский бренд, специализирующийся на кожаных изделиях. Предмет моей особой гордости. Каждая вещь этой марки уникальна.

Если появляется возможность приобрести одежду этой марки, вопрос цены уже вторичен.

6. Пальто L.G.B.(Le Grand Blue)Дизайнер из Японии Нобухико Сато. К творениям этого художника отношусь как к предмету искусства и ношу по особым случаям.

7. Высокие кеды Wiridi-Anne. Обувь производится на небольшом заводе Японии. Разрисовывается вручную гуашью и покрывается защитным лаком.

8. Ремень из кожи крокодила. Scunzani Ivo. Необычен за счет пряжки в виде когтя.

9. Перчатки до локтя Ann Demeulemeester. Бельгийская королева авангарда, изменившая ландшафт современной моды навсегда.

10. Замшевый пиджак. Французская марка Golem. Характерен застаренный винтажный стиль. Необычайно комфортен в носке.

11. Брюки из кожи кенгуру. Y-Project. Неубиваемые!

12. Пальто Julius. В этой конструкции от японца Тацуро Хорикава можно произвести фурор! Налет «бомж-стайла» в безупречном исполнении. Моя тема.

13. Шерстяной свитер Isaak Sellam. Заставил меня полюбить коричневый цвет.

14. Брюки с кожаными вставками Backlash. Под высокие кеды смотрятся потрясающе красиво.

15. Ботинки Barny Nachle. Почти арт-объект. Но весьма функциональный.

Арина Щербакова, 6 лет

– На Украине сейчас идет война с американцами, потому что они хотят быть главными, но самые главные – мы. Ведь в России самое лучшее оружие и президент «Путинг». Мои дедушки воевали в Калуге, у них даже есть медали. Но своего друга Никиту на фронт я не отпущу, пусть идут другие мальчики, а он еще маленький.

Арташ Маргарян,  5 лет

– Мой дедушка воевал в Калуге. Война это плохо, потому что убивают людей. Чтобы победить противника, нужно хорошее оружие – бомбы. Если я пойду на войну, то убью всех убью из автомата.  В компьютере я всегда побеждаю. Занимаюсь с дядей – карате и учусь боевым приемам по мультику «Черепашки Ниндзя». Ведь в детском саду мне иногда приходится драться с мальчиками, но я никогда не плачу и никого не боюсь. 

Ксюша Козырева, 10 лет

– Нам в школе на уроке истории учитель сказал, что между Россией и Украиной идет информационная война. По телевизору говорят, что наша страна хочет боев, но это неправда. У нас хороший президент, он как «кусок хлеба» вернул, присоединив Крым. Мне кажется, там очень красиво, и я обязательно поеду туда отдыхать.  Раньше Россия и Украина были как друзья, а друзья не должны воевать. Думаю, президенты должны встретиться друг с другом и поговорить, и если ничего не получится, нужно собрать очень сильное войско и воевать не «словами», а кулаками. Мы станем беднее, если присоединим новые территории. Лучше пусть будет как раньше, когда никто не воевал и все жили дружно. 

Настя Гапушина, 6 лет

– Я не смотрю новости и не знаю, что происходит в мире. Смотрю только мультики и фильмы про Бэтмена и железного человека. Я считаю, что Черное море нам не нужно, если только Белое. Война может быть только с целью защиты граждан, а не ради захвата новых территорий. 

Аня Шашкина, 4,5 года

– На Украине сейчас всякие «редиски» не дают жителям покоя и хотят поубивать всех людей на нашей земле. Надо незаметно подкрасться к Украине, чтобы нанести удар. А потом собрать всех злых «редисок» и послать их на Луну.  Когда я вырасту, то буду служить Советскому Союзу в танковых войсках, танк – самое лучшее оружие.  Но из люка нельзя выглядывать, надо смотреть в бинокль на врага. Россия – самое сильное, но маленькое государство, и нам нужно расширять свои земли, чтобы везде сохранить мир. 

Максим Сергеев, 9 лет

– Мы в школе собирали детям Крыма книги и сувениры. Я не жадный и могу отдать все игрушки, кроме компьютера. Мы заступились за Крым, потому что Украина хотела разрушить его.  Я был бы не против, чтобы все «братское» государство присоединилось к нам. А еще мне нравится Италия, там много красивых городов. Американский президент Обама стал лучше, добрее, он мне симпатичен. Думаю, он боится Путина, ведь наша страна больше. Тимошенко мне не нравится она какая­то строгая.  Женщины тоже должны служить в армии, их жалко убивать и они всегда смогут обмануть противника.

Текст: Ирина Рязанова

Многоквартирный  дом с патриотическо-исторической направленностью будет построен в 2016 году.  В жилом массиве за сквером имени Жукова будет располагаться музей, посвящённый Георгию Константиновичу. Группа компаний «Пик», которая занимается проектом «Маршал», уже построила в Калуге два жилых дома на Правобережье. В ближайшее время будет сдан еще один.

– Жуков – это наш самородок с Калужской земли, который стал известен всему миру, – сказал президент областного Союза строителей Николай Алмазов. Музей станет третьим в мире музеем полководца:  первый находится в Улан-Баторе, второй – в городе Жукове. 

Церемония строительства завершилась открытием мемориальной доски, которая будет  закреплена на самом здании, и возложением цветов к памятнику Маршалу Победы Георгию Жукову.

Это событие также посетили ветераны, которые в эти предпраздничные «победные» дни были желанными гостями на мероприятиях, имевших отношение к истории Великой Отечественной войны. 

Иван Иванович Бабичев, 89 лет

– В 1942 году я был ранен и не смог больше участвовать в военных действиях. Уже на лекции в Ташкентском юридическом институте 8 мая преподаватели из деканата  объявили о победе. А 9 мая были торжественные празднования. Уверенность в победе появилась, когда наши сняли немецкое окружение с Московской области. Сейчас с волнением смотрю за новостями из Украины и могу сказать, что прямое вмешательство России может быть на руку американцам. Нужно добиваться соблюдения условий дипломатического соглашения. Нам несложно «накрыть» американцев новыми ракетами. Но лучше проводить референдум о федерализации, когда оттуда уйдет украинская армия.

Александр Яковлевич Унтилов, 95 лет

– Об окончании войны узнал 8 мая по радио, я тогда был в Хабаровске. Передали, что взят Берлин, гитлеровская резиденция и Гитлер застрелился. В знак Победы мы пустили все патроны, что у нас были, в воздух. Когда шла война, не было болезней, а когда закончилась – сразу начались разные недомогания. Прошел всю войну сапером. Исторический факт – в мире не было ни одного дня, когда бы не шли бои. Я считаю, наше государство придерживается правильного курса на урегулирование конфликта мирным путем.  Если наши войдут, они, конечно, разделают всех, но сколько погибнет народа.

Петр Петрович Бегушев, 88 лет

– Нашим основным преимуществом перед соперником был патриотизм. Вначале войны солдаты выходили с винтовкой, автоматы появились чуть позже. На паровозе я днем и ночью возил раненых. И когда был в Мятлево, по радио услышал о Победе – объявили, что война кончилась и Гитлер разбит.

Григорий Михеевич Сеульский, 89 лет

– После прохождения курсов младших лейтенантов командовал 740-м стрелковым полком. Четыре  раза был ранен и День Победы тоже встречал в госпитале. Мы дошли до Берлина и могли присоединить всю Европу, но не хотели идти против мнения мирового сообщества и продолжать военный конфликт. А сколько людей положили, освобождая Украину. Солдаты проливали свою кровь, и сейчас оставлять это кому-то – ни за что.  В Европе американцам делать нечего – надо выгнать их оттуда «поганой метлой».  Мы воевали, и другие пусть повоюют. Я бы и сейчас пошел защищать Родину.

Отрывок из стихотворения
Николая Трофимова
посвящается Григорию Сеульскому 

Прошла атака – мы в остатке,
Потери пишет помкомвзвод,
И где он, День Победы сладкий,
Не знали люди наперед. 

Прямо на подоконнике со стороны улицы стоит табличка «Старый торг, 5». Видимо, ее сняли, когда к Олимпиаде обновляли фасад Присутственных мест, да по старой русской традиции позабыли привинтить обратно

Мне говорили, чтобы звонила, потому что сама вряд ли найду их офис. Место, мол, удобное, в исторической части города, но петлять между дверьми придется.

В соседях у туристско-информационного центра «Калужский край» архитекторы, специалисты по экспертизе, экологи и даже ветераны Афганистана.

Лестница на второй этаж широкая, пологая. Подниматься по ней одно удовольствие. А вот стены, выкрашенные советской бледно-зеленой краской, гармонии не прибавляют. Дверь в длинный коридор одна. За дверью, как вы можете догадаться, коридор с кучей других дверей. «Калужскому краю» принадлежат три из них. Правда, находятся они не рядом, отсюда некая растерянность, когда попадаешь в помещение впервые.

Директора «Калужского края» Валентина Афонина в кабинете не оказалось: он ушел на совещание. Но мы все равно встретились.

«Калужский край». Начало

Сама организация появилась еще в 1997 году, но как туристско-информационный центр (ТИЦ) стала существовать с 2010 года. В конце 2013 года ТИЦ перешел в ведомство нового Министерства культуры и туризма Калужской области, которое сегодня курирует все направления деятельности центра.

Еще в момент создания ТИЦа его деятельность разделилась на государственную и коммерческую. Но, безусловно, до сих пор преобладает именно госзаказ.

Как раз в марте региональное министерство обеспечило присутствие «Калужского края» на двух знаковых выставках по туризму. Обе они прошли в лучших выставочных залах столицы.

По словам Валентина Афонина, уже сейчас «Калужский край» может обеспечить информацией о туризме на нашей земле самого взыскательного путешественника. К тому же и для представителей туристического бизнеса Калужская область покажется привлекательной. 

Ведь именно у нас появились такие уникальные и привлекательные бизнес-проекты, как «Этномир» и «Никола-Ленивец».

Туристические дары, большие и малые

Красочные информационные буклеты, которые готовит туристический центр, рассказывают об основных туристических точках на карте нашей области.

Безусловно, три самых ярких места Калужской области на сегодняшний день – это:

Арт-парк «Никола-Ленивец» – единственное место в России, где представлены ландшафтные инсталляции российских и зарубежных авторов. Арт-парк расположен на берегу реки Угры, и часть его входит в зону национального парка «Угра».

Этнографический парк «ЭТНОМИР» – место, где воссоздается модель мира в миниатюре. В нем уже построены национальные дома разных народов, торгово-выставочный комплекс «Улица Мира» с домами-павильонами всех стран мира, есть питомник хаски, музеи, рестораны и кафе.

Парк птиц «Воробьи» – место, где обитает более двух сотен видов птиц. На территории парка есть даже страусиная ферма. Экзотические птицы и обитатели средней полосы – все они жильцы парка, который расположился на живописном берегу реки Истьи.

Это те места, куда туристы  из других городов и даже из других стран уже давно с удовольствием приезжают на уик-энд. Однако есть в Калужской области, как говорит Валентин Афонин, «свои маленькие жемчужины». Такие места «Калужский край» представляет туристической общественности как настоящую драгоценность. Это в первую очередь частные музеи.

Музей Сергея Жарова в Тарусе. В умелых руках мастера при помощи сварочного аппарата старые патефоны, керогазы, утюги превратились в коллекцию необычных персонажей. У него во дворе живет Евгений Онегин в цилиндре, на дереве поселился железный дятел, неподалеку балерина оттачивает очередное па.

Музей кукол «Берегиня» в селе Козлово. Коллекция кукол насчитывает более 2000 предметов. Хранительница музея Римма Яковлевна собирала эту коллекцию 30 лет. Некоторые куклы – чуть ли не последнее напоминание об ушедших традициях деревень.

И это лишь капля в море музеев Калужской области.

Где же ходят туристы?

При участии краеведов и специалистов в «Калужском крае» разрабатываются маршруты, по которым уже активно ходят туристические группы и прокладываются тропы, по которым «ноге человека» только предстоит пройти.

Самые простые из них – городские экскурсии. Есть три маршрута, по которым калужан и гостей города каждую пятницу водят совершенно бесплатно.

«Листая прошлого страницы» – маршрут по исторически значимым местам, среди которых и городской парк, и старинный дуб, и ансамбль Гостиных рядов.

«Уголок космической заставы» – маршрут посвящен космонавтике и раскрывает туристам много нового о создании первого музея, о жизни великого ученого Константина Циолковского и первого человека, полетевшего в космос, – Юрия Гагарина.

«Калуга купеческая» – маршрут проходит по улице Воскресенской. Именно эта улочка продолжает сохранять облик Калуги XIX века. Кстати, маршрут совсем новехонький, пока что его испробовали единицы.

«Калужский край» не остается в стороне и от полюбившихся далеко за пределами Калуги и России фестивалями, такими как «Дикая мята» и «Мир гитары». Туристический центр, по словам Валентина Афонина, всегда с радостью принимает участие в мероприятиях, нацеленных на продвижение потенциала региона.

Безусловно, за годы существования туристско-информационного центра сделано многое. Однако именно сейчас перед специалистами стала новая задача: необходимо найти выход к потребителю.

Уже есть что показывать и презентовать на бумаге. Уже есть куда поехать и что посмотреть на деле. Однако как туристы, приехавшие в наш город, об этом узнают? Действительно, вопрос.

– Безусловно, у туристско-информационного центра должны быть свои информационные точки, – рассказал нам Алексей Каргашин. Уже несколько лет он работает в «Калужском крае» в должности заместителя директора и, как показалось, работой своей не просто доволен, а болеет, в хорошем смысле, конечно.

Алексей поделился некоторыми пока что «секретными» данными: возможно, уже в мае на совете по туризму при губернаторе «Калужский край» представит проект, над которым сейчас усердствуют специалисты.

Речь идет о некоем мобильном модуле, в котором туристы смогут получать информацию о Калужской земле, маршрутах, музеях, сувенирах и прочих туристических новациях.

Пока сотрудники «Калужского края» не раскрывают тайну, как будет выглядеть этот модуль. Однако известно, что он будет весьма притягателен: и по месту, где расположится, и по содержанию.

Кстати, как раз сейчас «Калужский край» работает над шикарной визуальной составляющей туризма региона. В этом году увидят свет три презентационных видео-ролика о Калужской области.

Один из них, «зимний», как его коротко называет Алексей, уже готов. В нем будет показываться, как можно с пользой и интересом провести время в Калужской области зимой. Где остановиться, что посмотреть, на чем покататься?!

В работе находится «летний» ролик, и постепенно идет сбор материала для событийного ролика о мероприятиях, которые проходят в течение года. Его презентацию стоит ждать в декабре.

Ролики, безусловно, добавят красоты и живости сайту «Калужского края» и группам в социальных сетях, где и будут размещены. Однако не только для этого они создаются. Часто визуальный контент запрашивают такие серьезные структуры, как, например, «Ростуризм». Такой ролик даст качественное и полное представление о туризме в Калужской области.

Надежды. Мечты. И немного фантазии

Мы никак не могли обойти стороной Калугу как центр туризма Калужской области. И пусть в самой области есть и более яркие места, но Калуга – сердце и ядро нашей земли, поэтому не поговорить о развитии города как туристической «Мекки» было бы непростительно.

 – 12 апреля Калуга сделала большой шаг, – уверен Алексей Каргашин. – Именно в этот день состоялась закладка камня для второй очереди Музея истории космонавтики.

Мы-то живем и не знаем, какое количество туристов ежегодно посещает наш первый в мире и самый крупный в России музей. Именно музей является туристическим центром притяжения в Калуге.

Так что если мы начнем спорить: – какая Калуга интереснее: – Калуга купеческая или Калуга космическая, безусловно, в споре победит вторая. И те скептики, которые считают, что космонавтика – это прошлый век, советские идеалы и не ставят на нее, они ошибаются, как ошибается зарвавшийся любитель скачек, не веря в темную лошадку.

– Есть пул городов пятисотников, так я их называю, – рассказывает Алексей, – они все в таком километраже от Москвы: Ярославль, Владимир, Тверь, Тула и так далее. Так вот, в купечестве, старине, церквях они нас переплюнут мигом.

 К тому же, по моему опыту, людям уже хочется несколько иного. Им хочется, чтобы туризм был не только образовательный, не только религиозно направленный, но и развлекательный, интерактивный. То, что сейчас мы имеем в плане космонавтики, нельзя упускать. И больше скажу, просто необходимо развивать.

Правда, как все мы успели заметить, пока что в музее космонавтики мало что меняется со времен, когда мы ходили туда детьми, но строительство второй очереди музея настраивает на вполне позитивный лад. Тем более, что даже проект внешнего вида выглядит весьма амбициозно и интерактивно.

Развивать нужно и другие территории. Сейчас идет некоторый спор о том, необходима ли городу набережная? Спор, вероятно, порожден ценой вопроса, однако, любой калужанин ответит на него однозначно: нужна.

– Сейчас у нас нет ничего, чтобы использовало великолепный ресурс реки Оки. Тут даже не хочется говорить банальности, понятно, что набережная должна быть, – отмечает Алексей.

Естественно, и набережную, и сквер Волкова не получится да и не нужно делать тихой зоной. Таких зон в Калуге предостаточно: и парк культуры и отдыха, и парк Циолковского, да и скверы тоже.

- А вот развить сквер Волкова по примеру парка Горького было бы, пожалуй, правильным, – считает Алексей.

Все видели чудесное возрождение из пепла этой столичной площадки. Все знают, как популярно сейчас это место. Пожалуй, стоит брать пример.

В любом случае нужно быть современными и открытыми своему потребителю. В деле туризма нет такого понятия «для галочки», ведь на галочку никто не придет, не приедет и не посоветует потом это место своим друзьям.

Любовь к искусству и скульптурное образование Бориса Невинного нашли воплощение в ювелирных изделиях, которые сияют не только алмазной гранью, но и тонкой ручной работой автора.

- С чего началось ваше увлечение ювелирным делом?

– Родители-геологи передали мне свою любовь к камню, и я закончил камнерезное отделение Абрамцевского художественного училища. Там же познакомился с будущей супругой. Позже получил образование в институте имени Репина. Но искусствоведы в то время мало кому были нужны. Долгое время я работал художником на «КАДВИ». К 1 Мая 40 штатных художников за месяц начинали агитационное оформление машин, тележек и прочего оборудования. 

– В советское время золото не было так доступно, как сейчас, ведь так?

– В советское время в Калуге была единственная ювелирная мастерская «Рембыттехника». Частным образом заниматься ювелирным делом было запрещено. В «Рембыттехнике» был ограниченный выбор украшений: несколько образцов колечек и серег. Золото было под диким запретом. Заводы снабжали страну ординарными знаменитыми кольцами с искусственным рубином. Это только в кино мы видели, что дочка Брежнева любила бриллианты. И уже когда в начале 90-х позволили создавать свои мастерские, я стал работать ювелиром. Люди тогда скупали подряд все золото.

 Золото было под диким запретом, заводы снабжали страну знаменитыми кольцами с искусственным рубином 

– Что можете сказать о европейских особенностях ювелирного дела?

– Мне довелось некоторое время пожить в стране «часовщиков и ювелиров» – Швейцарии, в маленьком городке Олтон. Страна – как парк культуры и отдыха, где каждый камушек на своем месте. Бросается в глаза то, что не видно  молодежи, они постоянно учатся и работают, а гуляют и отдыхают пенсионеры да мамы с колясочками. Даже вечером ситуация не меняется. На 20 тысяч жителей восемь непохожих друг на друга ювелирных магазинов, где каждый мастер старается удивить. Пенсионеры в Швейцарии – самые лучшие и ценные клиенты у ювелиров. Они ездят на дорогих машинах и реставрируют старинные украшения, которые олицетворяют их молодость и «воскрешают» воспоминания, платя за это хорошие деньги.

– Что самое сложное в работе ювелира: процесс изготовления или общение с клиентами?

– Для меня золото как для плотника доски. У меня нет благо говения перед ним и перед бриллиантами. Поначалу было непривычно привыкнуть собирать каждую крупиночку золота, ведь каждый грамм – 1000 рублей. Рутинные этапы работы помогают преодолевать аудиокниги. Настроение клиентов, их умение передать свои эмоции также влияют на процесс изготовления. Был случай: девушка купила в Таиланде сапфир, а позже в этом путешествии ее молодой человек сделал ей предложение. Она решила заказать на память колечко с этим камушком. С удовольствием взялся за работу. Мне было приятно, что у нее осталось материальное воспоминание об этом событии.

– Пригодилось ли вам скульптурное образование в ювелирном деле?

– Мое образование, бесспорно, помогает мне в работе. Раньше я хотел стать художником. Скульптура и живопись расположены практически в одной плоскости. Мое хобби – искусство, приобретаю книги, посещаю музеи и без ложной скромности скажу, что разбираюсь в этом.

– Были мысли создать свою коллекцию?

– Задумки были, и есть работы – серебряные фигурки в стиле абстракционизма. Когда я выставлял изделия на выставке в Доме художника, одна московская галеристка заинтересовалась ими, но я не смог отложить текущие заказы. Впрочем, желание воплотить идеи осталось до сих пор.

– Изменились ли технологии в ювелирном деле?

– Ювелирное искусство – одно из самых  древнейших, но, как ни странно, технологии кардинально не изменились, и на средневековых картинах я узнаю свои инструменты. Механические технологии меня не привлекают. К изделию можно подойти, как к скульптуре, когда каждый завиток и деталь приобретают законченные формы.

– Что может вас вдохновить на создание уникального украшения?

– Бывая на юге, я часто замечаю удивительные природные рисунки на раковинах, гальке, семенах растений, листьях. Один раз я нашел на берегу моря высохший череп какого-то зверька, он был настолько выветренный, что напоминал вышивку. 

 – Расскажите, что нового в последнее время вы открыли для себя в работе?

– Мне очень понравилось делать серебряные портретные брошки – это нестандартная ювелирная работа с элементами живописи. На плоских по форме изделиях изображается чаще профиль лица.

– Как борются в России с фальшивками?

– Каждое ювелирное изделие в России должно быть апробировано. Но недобросовестные ювелиры подделывают клеймо даже на украшениях с настоящим золотом. В Европе мастер сам опробирует изделие и отвечает за него репутацией. 

– Вам приходилось чувствовать себя обманутым?

– Один раз была неприятная история. На дворе 90-е годы, и мои постоянные клиенты доверили большой золотой слиток, чтобы я сделал из него настоящую коллекцию. Дома я заметил внутри него свинец. Я просто обмер тогда! Это дикие деньги, я никогда столько не заработаю, чтобы с ним рассчитаться. Как это делается: свинец кладут в гальванику и наращивают вокруг полумиллиметровый слой золота. Хорошо, что обошлось, и клиент не потребовал деньги. Что касается камней – определить их истинную ценность могут геммологи, но в Калуге таких специалистов нет. Главное в ювелирном деле – честность. Обмануть никого не получится, надо уважать своих клиентов.

Беседовала: Ирина Рязанова
Фото из архива Бориса Невинного

Казалось, на главную выставочную площадку столицы съехались представители всех стран и «Экспоцентр» стал похож на земной шар. Сдержанный Восток, приветливый Юг, учтивая Европа и многочисленные братья-славяне объединились под эгидой путешествий

Профессионалы говорят: лето начинается в марте — оно начинается на MITT — Международной туристической выставке.

Именно на MITT’е игроки мирового туризма анонсируют свои новинки, именно на MITT’е посетители могут «упаковать» в заготовленные чемоданы лучшие путевки и на MITT’е же бизнесмены жмут друг другу руки в связи с лучшими финансовыми предложениями.

Калужская область представила на выставке общий информационный стенд от «Калужского края», под крылом которого собрались туроператоры региона и представители гостиничного бизнеса.

Туристы и путешественники не перестают выбирать обзорные и предметные автобусные туры, — уверили нас местные туроператоры. Особой популярностью пользуется маршрут «Большое калужское кольцо», включающий в себя целый ряд православных святынь, таких как Оптина Пустынь, Шамордино, Спаса Нерукотворного пустынь и другие.

Но не только автобусными турами и маршрутами интересовались простые посетители MITT’а.

Сотрудников «Калужского края» часто спрашивали про туры выходного дня. И здесь на помощь всегда готовы прийти представители гостиничного бизнеса. Еще 10 лет назад трудно было представить, что частные небольшие гостиницы будут так востребованы туристами, — поделились своими наблюдениями представители этой сферы. — Однако, опыт последних лет говорит совершенно об обратном.

Безусловно, в первую очередь, в качестве поездки «на уик-энд» туристам советовали  такие известные места как Никола-Ленивец и Этномир.

MITT оставил впечатление слегка суетное, но приятное.

В отличие от «Интурмаркета», здесь можно было насытиться не только информацией, но и шоу. Ростовые куклы, мимы, девицы в костюмах с блестками – и то тут, то там на площадках яркие вспышки представлений. Буквально за каждым стендом что-то давали: попробовать мед, померить тяжеленный шлем и подержать меч, смастерить игрушку, потрогать мягчайшие пуховые платки. При этом никакой распродажи и даже обычной продажи не было. Все эти, казалось бы, ярмарочные товары на MITT’е  были исключительно для презентации. Все они пробуждали желание увидеть больше, чем может вместить выставочный стенд, а потом собрать чемодан и отправиться в путешествие.

Футбол – это игра, возвращающая нас в детство. Я как мальчишка – с тем же азартом играю в футбол: к нему невозможно остыть или перегореть. Свое будущее также вижу с этим видом спорта. Конечно, неудачи могут выбить из колеи, но только на один вечер. В такой момент ко мне лучше не подходить, могу сорваться. Очень помогает семья, и, придя домой, я постепенно расслабляюсь.  Мой недостаток – моя доброта, и иногда мне не хватает спортивной наглости на поле, но я всегда отдаю все силы и эмоции в игре. Винить кого-то в поражении или надеяться на кого-то нельзя. Команда – это единый механизм, она должна быть сплоченной и сыгранной. Эмоции очень многое значат в футболе, и настраиваться нужно только на победу. Лично я в спортивные приметы не верю, но некоторые игроки до сих пор не бреются перед играми.

Евгений Матвеев — директор «Выездная фотобудка»
Водительский стаж: 8 лет
Стиль вождения: спокойный

Автомобиль никогда не был моей мечтой. Еще в школе я ходил на курсы вождения, но экзамен сдал спустя четыре года – в 2006-м. Покупать или не покупать машину – раздумывать не пришлось, глядя на своего брата, у которого права «пылились» уже десятый год, решил: буду брать. Первой машиной была «девятка», все остальные – BMW. У этой марки характер задиристый, она сделана так, чтобы водитель получал удовольствие от вождения. Многие говорят: «BMW  – дорогая в обслуживании машина». Ничего подобного, запчасти стоят так же, как и на другие иномарки.

2006 

Купил машину, потому что понял: если не сейчас, то уже никогда. Это был мой первый автомобиль, и он был самым лучшим. Первое время боялся ездить один, поэтому брал с собой друзей. Однажды мы поехали на шашлык,  припарковались у магазина рядом с синей mazda 3, она мне так понравилась, что я подумал: «Следующая моя машина должна была быть mazda 3». Через пять минут я в нее въехал, и она перестала мне нравиться.

Максимальная скорость: 160 км/ч
Тип кузова: хэчбек
Тип привода: передний 

2007

Пришло время менять автомобиль. Выбор пал на старенькую Audi, так как «живых» экземпляров не нашлось, заехал посмотреть BMW 3 – и влюбился. Она такая красивая была, а когда я на ней прокатился, то она меня «угнала». Автомобиль  2.5 литра,192 л с, мощный звук, разноширокие колёса, прямоточный выхлоп. Она ездила и рычала.

Максимальная скорость: 235 км/ч
Тип кузова: седан
Тип привода: задний

2009

По специфике работы мне нужен был вместительный автомобиль. Долго выбирал между различными марками, но понял, что себя обманывать нельзя и опять купил BMW, но уже универсал. Это был мой первый дизельный автомобиль с вместительным багажником. В сильные морозы проблематично заводиться, но это компенсируется минимальным расходом топлива и другими «прелестями» двигателя.  У этой машины был женский характер: когда я ей ничего не «дарил» – она капризничала, купишь новую резину – она довольная.

Максимальная скорость: 210 км/ч
Тип кузова: универсал
Тип привода: задний

2013

Прекрасно управляемый, проходимый и мощный автомобиль, потрясающие тормоза. Полный привод исключает возможность заноса. На своей машине я спокойно переезжаю 15-сантиметровый бордюр и лежачих «полицейских».  Несмотря на то что BMW действительно производил двигатели для самолетов, бело-голубой логотип представляет цвета баварского флага.

Максимальная скорость: 210 км/ч
Тип кузова: седан
Привод: полный

Светлана Дроздова, акушерка с 25-летним стажем, отмечает юбилей вместе с роддомом калужской больницы. Про нее говорят, что она не «рутинный» сотрудник, а передовик, которому можно доверять.

Самыми важными людьми на селе считались медики и врачи. Мой отец в свое время не успел получить высшее образование и на нас с братом возлагал большие надежды. Была мысль стать стоматологом, но в тот год, когда я поступала, набора не было. Ответственность помогает в любой профессии добиваться результатов, я могла бы быть и хорошим бухгалтером, и портнихой. Воспитание, которое дали родители, не позволяет мне делать что-то спустя рукава, тем более в такой сфере, как медицина. Каждая ошибка – ценою в жизнь.

Я родилась в деревне Бебелево Ферзиковского района, где и живу до сих пор. После медицинского училища начала работать в  роддоме Калужской областной больницы с начала его открытия. Когда меня первый раз поставили на смену, я «плакала» маме в трубку: «Что я там буду делать». Но все сложилось удачно, роды прошли без осложнений.

В работе помогают опыт, поддержка коллег и психология. Не унижая достоинства человека, нужно суметь направить роженицу в нужное русло. Быть тонким психологом. Роды у каждой пациентки индивидуальны – в этом деле не бывает шаблонов. Для женщины это по-своему экстремальная ситуация. Также невозможно предугадать самочувствие ребенка при родах, и мама не должна испугаться в тот момент, если что-то идет не по плану. Говорят: «Все рожают, и ты родишь». На самом деле все очень серьезно. И наша задача – подарить людям счастье.

Заветная мечта – побывать в Австралии, где люди ходят «вверх ногами». Мне очень понравилась Швейцария, Венеция, ни разу не была в Голландии, а там сейчас цветут тюльпаны. Я активный человек, и у меня много разных увлечений: спорт, литература и многое другое. Экстремальный отдых тоже мне близок, не откажусь прокатиться на аттракционе.

Наши пациенты в основном от 17 лет и до 45. У меня как-то рожали итальянцы. Мужчина сказал, что его сестра в 38 лет первый раз вышла замуж и только собирается планировать детей. Сейчас все больше женщин, которые рожают в более позднем, чем было принято раньше, возрасте, и это хорошо. Значит, медицина поднялась на новый уровень, и женщины чувствуют себя молодыми и в 40 лет.

Случайные люди у нас не держатся. Себя обмануть не получится. Если это не твое, люди быстро это понимают и находят себя в другой сфере. У нас хороший коллектив, мы работаем в команде и очень тонко чувствуем настроения друг друга, не задавая лишних вопросов в ненужный момент.

Медицина изменилась, появилась современная следящая аппаратура – вместо деревянного стетоскопа теперь  ультразвуковые аппараты. После кардинального ремонта всех отделений в 2002 году роддому было присвоено звание «больница, доброжелательная к ребенку». Просторные палаты позволяют находиться родственникам рядом в самый ответственный момент. Теперь даже если роженице поставили капельницу, она может передвигаться по палате при помощи штатива. В социальных сетях на форумах женщины делятся своими впечатлениями, высказываются о нас. Сейчас модны вертикальные роды. В этом методе есть свои плюсы, потому что срабатывают законы физики. Если роженице понадобилась консультация смежного специалиста: окулиста, пульмонолога, кардиолога или другого врача, она может получить ее в любое время суток.

Среди родителей от 30 лет очень популярны партнерские роды. Это «драйв», незабываемые впечатления не только для женщины, но и для мужчины. Есть отцы, которые сами перерезают пуповину, присутствуя на родах, но есть и такие, кто падает в обморок, а мы их ловим. Палата, где появлятся новый человек, – это место, где проливается «скупая мужская слеза», которую отцы то ли от радости, то ли от страха за любимую женщину не в силах остановить. Отец рожает морально вместе с матерью, испытывая очень сильные эмоции.

Лучше становитесь нашими пациентками. Рожайте, несмотря ни на свое финансовое положение, ни на то, замужем ли вы.

Многие врачи, отдавая свою душу, сердце и любовь другим людям, часто забывают о себе. Моя жизнь сложилась так, что я не стала пациенткой родильного отделения.

В этом нет чьей-то вины, правильно говорят, что дети – это дар божий.

Игорь Каграманов – в недавнем прошлом сотрудник телерадиокомпании «Ника». Его  проекты, автором и ведущим которых он был вместе с Валентином Савицким, известны многим. Однако задерживаться на калужской земле Игорь не стал и уехал покорять столицу.

Сегодня Игорь – выпускник факультета кинорежиссуры Всероссийского государственного института кинематографии,  приехал в Калугу для съёмок своего нового игрового фильма. Мы встретились с ним на съёмочной площадке. Времени едва хватило, чтобы задать режиссёру несколько вопросов во время настройки съёмочного оборудования. 

– Игорь, что  стало толчком для того, чтобы перебраться в Москву?

– Безусловно, толчком послужил проект «Победа. Дни войны».  Работая на телекомпании «Ника», мы решили снять к 9 Мая документальный фильм о боях на Калужской земле.  Там было несколько игровых эпизодов.  Снимали зимой. В лютый мороз. С раннего утра до позднего вечера. Бывало, что после завершения очередной смены мы буквально валились с ног от усталости. И никто не жаловался. Все работали в едином порыве, и, наверное, благодаря этому фильм получился удачным.   «Победа. Дни войны» был удостоен премии им В. Кирюхина.  Его показывали на фестивалях в различных городах. А мне тогда знающие люди, посмотрев фильм, посоветовали поехать и попробовать свои силы в Москве. Что я и сделал.

– И как всё развивалось после твоего переезда в столицу?

– Я всерьёз решил заняться своим обучением, чтобы не топтаться на месте. Помню, когда  «Победа. Дни войны» был снят, я почему-то подумал, что  теперь всё знаю и умею. Дайте мне денег, и я смогу сам снять большое кино. На самом деле это глубокое заблуждение. И сейчас я понимаю, что вообще ничего не знаю и делаю лишь первые  шаги в этом направлении. Учиться очень надо! Школа ставит тебя на место, показывает, кто ты есть на самом деле.

Мне очень хотелось попробовать самому начать снимать кино. И я решил поступить во ВГИК.   Но денег для того, чтобы начать там обучение, у меня не было.  Чтобы собрать нужную сумму, я с головой окунулся в работу:  съёмка сюжетов, рекламы, социальных роликов. Я брался за любой заказ.

К тому же я хотел попасть к определённому мастеру – к известному  режиссёру Валерию Бакиевичу Ахадову.  Поскольку он набирал группы непостоянно, мне пришлось выждать год, чтобы оказаться у него.

– И всё-таки свой первый фильм ты приехал снимать в Калугу.

– Да, в прошлом году я снял свою первую короткометражку.  Сценарий к этому фильму написал мой друг Валентин Савицкий. А почему Калуга? Всё-таки родной город, знакомые улицы, старые друзья и коллеги, с которыми мы снимали «Победу. Дни войны».   В фильме  роли исполняли актёры нашего калужского драматического театра. Для меня этот фильм стал разминкой перед работой над более серьёзными проектами. Картина в итоге получилась достаточно интересная, жизненная (название фильма «Х.У.» – Икс Игрек. – Прим. автора).  В основе сюжета – взаимоотношения научного сотрудника, роль которого исполнил Леонид Клёц и его жены (Светлана Никифорова. – Прим. автора), которая работает медсестрой в больнице и мечтает о лучшей жизни.   

Учиться очень надо! Школа ставит тебя на место, показывает, кто ты есть на самом деле.  

Конечно, ошибки и недочёты в работе были. И это только мои ошибки и ничьи другие. Я как режиссёр-постановщик несу полную ответственность и за игру актёров, и за свет, и композицию в кадре, за монтаж, и много за что ещё.

– А как твой руководитель оценил работу?

– Меня разнесли в пух и прах. Мы даже несколько раз ругались. Но тут важно, какую задачу мы ставили, снимая этот фильм. Задача была – проверить силы, смогу ли я посредством кинокадра рассказать историю. О качестве истории речь пока не велась. История в итоге получилась. Значит, с поставленной задачей я справился.  И, конечно, здесь немалая заслуга и актёров, и оператора, и композитора, Сергея Зеленцова, который написал хорошую музыку и финальную песню.

В целом мы оценили работу положительно, хотя, конечно, вопросов появилось немало.

– Сейчас ты начал работу над новым фильмом. Что он для тебя?

– На сей раз это мой дипломный проект. Я рассчитываю, что эта картина станет моей визитной карточкой.  Продюсеры будут смотреть на целостность истории, на качество исполнения, на актёрскую работу, словом, на все нюансы, чтобы в итоге у них сложилось соответствующее мнение обо мне как об авторе.  Этим фильмом я ставлю перед собою принципиально новый уровень задач и надеюсь, что у меня получится с ними справиться.

– О чём будет этот фильм?

– Вообще, пока проект находится в работе, есть много тонкостей и секретов, которые я не хотел бы раскрывать. Скажу только, что жанр картины – драма.  Тяжёлая и эмоциональная. И это накладывает дополнительные требования к качеству работы. (Рабочее название фильма – «Машка». – Прим. автора.)

– Может ли в будущем эту картину увидеть массовый зритель?

– В будущем планируем обширную программу для демонстрации  картины. Это целый ряд фестивалей, как в России, так и за рубежом.  Разумеется, в кинотеатрах она не пойдёт, и прежде всего по той причине, что короткий метр игрового кино в России неинтересен никому, к сожалению.

– А можно ли организовать кинопроизводство в Калуге?

– В провинции продакшен как таковой невозможен в принципе.  Прежде всего, потому что для его организации нужно очень много сил и материальных затрат. В Калуге на это никто не пойдёт.  Сложность не только в отсутствии соответствующего оборудования, но и в специалистах.  Конечно, талантливые люди есть везде.  Есть стремление и у калужских ребят делать  свой продукт. Но для таких профессий нужен очень большой опыт, который в малых городах получить попросту негде. Кино в России только начало подниматься с колен. За последнее время появилось немало отечественных картин, которые можно, нужно  и по-настоящему  интересно смотреть. И за которые не стыдно.

– Есть ли у тебя из современных режиссёров свои кумиры?

– Нет.

– А из классиков?

– Тоже нет.  Не побоюсь показаться банальным, но мне очень нравятся некоторые картины  Андрея  Тарковского. Михаил Калатозов и Сергей Урусевский – это для меня эталон мастерства.  Фильм «Летят журавли» можно смотреть хоть двадцать, хоть тридцать раз. Это величайшие мастера отечественной кинематографии. Но, повторюсь, это не кумиры. Кумиры – это те люди, которым хочется подражать. Я никому не хочу подражать. Я хочу найти своё видение.

Текст и фото: Михаил Андросов

Владимир Вахрушев. IMHO

Все мужчины трепетно романтичны постфактум

Вся наша жизнь – движение. Движение к счастью. Но бывают моменты, когда нам хочется остановиться и оглянуться назад. Мы оцениваем пройденный путь, корректируем планы на будущее. Иногда хочется остановиться просто для разнообразия, ведь невозможно все время всматриваться в будущее, до боли в глазах. И пусть наш разум в такие моменты продолжает свою напряженную работу по поиску заветной тропинки, ведущей к цели земного пути, нам самим так приятно верить в иллюзию остановки.

В такие моменты в голове поселяются мысли о том, что счастье такая удивительная и субъективная величина, о которой все говорят, но так мало знают. И если счастье у каждого свое, то ты, возможно, уже стал обладателем своего? А ты и не знаешь! Или знаешь, но все отказываешься в это верить, потому что ТВОЕ счастье видится тебе совсем не таким и с реальностью не совпадает. Твое счастье стройнее, моложе, смелее в поступках и относится к сегодня и завтра с большей беззаботностью. Твое счастье – это то, чего тебе не хватает как воздуха.

И ты вскидываешься как от дурного сна и снова начинаешь бежать вперед. Ты, знающий так много и так мало о жизни, снова ищешь внутри себя свет путеводной звезды. Ищешь причину для смены сегодня на завтра, отличную от вечной смены чисел календаря. И, конечно, ты эту причину находишь…

Ты находишь то, что назовешь СЕГОДНЯ своим счастьем. Потому что тебе это жизненно необходимо. И ты бросаешься с головой в этот омут, даже не думая о тех опасностях, что будет завтра. А завтра… завтра ты будешь готов на все, только бы повторить вчера. Готов на самые смелые и нетипичные для тебя поступки. Готов раз за разом убеждать весь мир и себя самого в том, что это то самое исключение из правил.

Потом, когда зов совершенства снова позовет тебя в дорогу, ты будешь пересчитывать дни своего счастья, улыбаясь самым ярким событиям. И это вернет тебя, пусть ненадолго, в состояние счастья. И это счастье будет с тобой, пока ты хранишь веру в это. Счастье – это несложно. Гораздо сложнее принять тот факт, что ты сам чьим-то счастьем так и не стал. 

Максим

- Счего начался твой поиск?

– Когда мне было 6 лет, отец привел меня в «поиск». С 2002 года он председатель  Калужской областной военно-патриотической общественной организации «Военный историк».

– Почему назвали отряд в честь Краснопивцева?

– Полковник 50-й армии Краснопивцев освобождал Калугу в декабре 1941 года и погиб в ночь с 14 на 15 февраля 1942 года. В нашем городе есть улица, названная в его честь. В апреле-мае 2002 года мы нашли его последнее место боя: там было три воронки с останками наших солдат. Его сын, заслуженный летчик СССР,  живет в Риге. Там же по фотографии найденного нами черепа эксперты дали ему 90% гарантию, что это его отец. Сын хотел, чтобы память об отце была жива, и мы назвали отряд в его честь.

– Какой возрастной состав у твоих «однополчан»?

– По уставу в отряд можно вступить только с 18 лет. В основном всем от 20 до 50 лет. В отряде есть две девушки, на хрупких плечах которых весь быт. В распоряжении отряда – два металлоискателя, купленные на свои деньги.

– Скажи, нужно ли оформлять какие-то документы, что приступить к «поиску»?

– Конечно. Сначала пишем заявление в организационный комитет «Победа». Просим выдать направление в определенные районы. После этого занимаемся поисковой деятельностью.

– Как можно установить бойца?

– Предназначенные для опознания бойцов медальоны с бланком установленного образца, как правило, никто не заполнял, их использовали под иголки и нитки, так как было поверье, что если заполнишь  его – убьют. Обычно наши солдаты подписывали ложки и котелки. Один раз по медали «За отвагу» установили бойца Бондарева Федора Максимовича. Ему было 20 лет.  Это высшая награда для воина. Если «Героя России» можно получить, не выходя из кабинета, то медаль «За отвагу» никто просто так не даст. 30 июня 1942 года ему вручили награду, спустя две недели – 13 июля 1942 года – он погиб, а 30 июня 2012 года мы его нашли.

– Что делаете, когда находите немца?

– Когда находим немца, связываемся с организацией «Народный союз Германии», которая  отправляет их либо на родину, либо в Смоленск на немецкое кладбище.

У них было строго обязательно носить медальоны, состоящие из двух половинок. Когда немца убивали, одну часть отправляли на родину, другую клали в рот или она оставалась висеть на шее. Известный факт: в сквере Ленина до 2011 года лежало несколько десятков немцев.

– Местные жители участвуют в поиске?

– Народ от скуки часто создает легенды.  Но как-то местный житель деревни Трушково Мосальского района нам помог. Мы приехали в деревню, разговорились с дедулей, и он сказал: «Ребята, я знаю, где самолет упал». Поехал с нами, показывает: «Вот здесь». Мы начали «прозванивать» на металл – и нашли самолет.

– Как мама относится к твоему поиску?

– Мама всегда поддерживает. Даже в детстве, помню, говорила: «Будешь плохо учиться – не поедешь никуда». Это был стимул для меня. Хотя и сам поиск можно выделить в отдельную науку, которая будет включать в себя знания других дисциплин. Мама видит, что это смысл всей моей жизни.

Кто-то в кино видит войну, кто-то изучает по книгам, а я к ней прикасаюсь спустя много лет.  

– Вы не считаете, что тревожите усопших?

– Мы не копаем могилы, мы «откапываем» правду. С людьми поступили как с собаками, они валялись никому не нужные. Денег нам за это не платят. Правда нужна не мертвым, а живым: все они чьи-то родственники. Как раньше делали: пару костей брали и хоронили в якобы братской могиле, где сотни имен перечислены. Вскрывай большинство таких обелисков – там окажется в лучшем случае два-три человека. Некоторые поисковики утверждают: «В этом году мы обнаружим 1000 человек». Я, допустим, не представляю, сколько мы найдем бойцов. Кто-то просто копает санитарные захоронения с уже упокоенными людьми и захороненными со всеми воинскими почестями, делая себе рейтинг – «кому война, а кому мать родная».

– Ты сказал, что эти люди чьи-то родственники, а как они реагируют, когда вы им звоните?

– Иногда родственников ищем несколько лет. Чаще всего находим через социальные сети. Но не все с восторгом воспринимают информацию прошлых лет. В наш век афер люди боятся нас.

– Были мистические случаи, связанные с поиском?

– С другом в 2007 году произошла почти мистическая история. На протяжении трех месяцев наш отряд бороздил каждую кочку, но никого не находили, даже в церкви свечки ставили – бесполезно. И тут Лева говорит: «Мужики, я чувствую, что найдем, поехали!». Мы тогда не смогли присоединиться к нему. Накануне ему снится сон: он идет в атаку и слышит крик: «Бросай гранату», просыпается в сидячем положении с вытянутой в броске рукой. Не успев заснуть, он отчетливо слышит голос: «Ну и что ты лежишь?».  Его как молнией ударило, выпил кофе, взял металлоискатель и поехал. По тому месту, в котором он нашел бойца, мы проходили тысячу раз.

– Какие самые важные факты установлены вами?

– Отряд ОМСБОН НКВД СССР под командованием майора Коровина численностью до 150 человек считался без вести пропавшим, пока мы его не нашли на Зуевом Хуторе у берега речки Ресса. Сам командир попал в плен, организовал побег и объявился в 1943 году в партизанском отряде. За ним через линию фронта прислали самолет для допроса на Лубянке. Контузия не позволила ему дать точные показания относительно последнего места боя, и его посадили в тюрьму на 20 лет. При бойце ОМСБОНа Василии Фабрикове нашли серебряные часы фирмы «Омега». Сейчас экспонат хранится в музее управления ФСБ Калужской области.

– Ты не хочешь открыть выставку таких уникальных вещей?

– В КГУ я открыл выставку, посвященную Краснопивцеву, также есть в планах открыть полноценный музей боевой славы  в университете. 

– В связи с ситуацией на Украине, к сожалению, становится актуальным следующий вопрос: как ты относишься к войне, каждый год соприкасаясь с «останками» прежних боев?

– Война – это ужасно. Я очень хочу, чтобы конфликт с Украиной разрешился мирным путем. Кто-то в кино видит войну, кто-то изучает по книгам, а я к ней прикасаюсь спустя много лет. Тайны мне показывает земля, всем доступная информация часто не соответствует действительности. Многим казалось тогда, что война все спишет, но она не списала.  

Текст и фото: Ирина Рязанова

Собравшихся в Калуге мотоциклистов в этом году ждало нововведение: вместо привычной площадки у набережной водохранилища, местом сбора теперь стала парковка у торгового центра «Новый дом», на Правом берегу. Благодаря такой удаленности от популярного места отдыха калужан, количество праздных зрителей, заметно сократилось. Зато возросло количество участников. Довольно-таки просторная парковка не смогла вместить всех желающих приехать на открытие мотосезона.

Пока со всех сторон на сэйшн подтягивались гости, «Джокерсы» по традиции провели небольшие соревнования среди мини-байков. «Карманные» мотоциклы уже давно стали местной забавой. Не смотря на внешнюю потешность мотоконструкции, удержать равновесие на таких малышах задача не из простых. Тем не менее, на старт выехали всего четыре минибайка, и соревнования закончились, едва начавшись.

Далее любому желающему было предложено попробовать свои силы в заездах на… медлительность и на точность торможения. Здесь накал страстей заметно возрос. На старт выезжали не только владельцы крутых двухколёсных иномарок, но и мотодетища времён СССР: ИЖ Планета-5, мопед Рига-12 и даже трёхколёсный «Муравей». Составить реальную конкуренцию другим участникам они, конечно же, не смогли, но внесли в соревнования свою изюминку и немало повеселили собравшихся.

После скоротечного, и не слишком зрелищного дрифта, на который отважились лишь два смельчака, состоялось массовое обмывание новых железных коней. К сожалению, на призыв организаторов привезти каждому владельцу нового мотоцикла по бутылочке шампанского откликнулись не многие. В результате вместо фонтанов игристого напитка на байки попало лишь несколько скромных капель. Но дань традиции была соблюдена. 

На этом «асфальтовая» часть открытия мотосезона завершилась. Байкеры выстроились в классическую мотоколонну и, оглашая окрестности правого берега громким рёвом моторов, выдвинулись в направлении Андреевского карьера. На этот раз грациозный строй мотоциклистов по улицам калуги не проезжал.

Фото и текст М. Андросов 

Друзья называют его Лев Маркович. Видимо, за явные сходства с Царем зверей – силу и уверенность, «львиное сердце» и «львиную гриву». С Андреем Клюкиным, продюсером крупнейшего фестиваля «Дикая мята», мы встретились в Москве, на территории Государственного дарвиновского музея, где расположено кафе, названное в честь его любимой Дженис Джоплин. 

- Андрей, что вы предпочитаете, чай или кофе?

– Я вообще не пью кофе, потому что в крови и так столько адреналина, что приходится контролировать. Поэтому предпочитаю чай, с мятой в том числе.

– Почему вы выбрали такое название для своего фестиваля – «Дикая мята»? Мята вроде бы успокаивает, а фестиваль, наоборот, такой бодрый.

– Он мягкий. Слово «Дикая» было определено сразу, так как мы приняли решение не работать с продюсерскими, а приглашать исключительно «дикорастущих» музыкантов, которые всего добились или добиваются своим талантом, а не вложенными со стороны деньгами. Но «Дикую» нужно было смягчить – и появилась «мята», так как представляем мы все же светлую и позитивную музыку.

– Формат фестиваля обозначен как world-мюзик.

– «Дикая мята» не является исключительно world-мюзик. Если посмотрите на афиши, вы увидите: там написано world – rock – jazz. Мы представляем широкий спектр музыки. Но мы ставим на первое место world, потому что мне симпатично, когда за музыкой стоит не только талант, но еще и корневая принадлежность. Для нас очень важно, чтобы музыканты использовали свои корневые, культурные основы. При таком разнообразии стран, континентов, культур мне грустно, когда все приходит к единообразию. В поп-музыке зачастую невозможно понять, кто откуда. Это такая среднестатистическая жвачка. Она очень похожа на генный продукт. Когда думаю о музыке, у меня иногда аналогия возникает – современное сельское хозяйство. Когда я был маленьким, я ходил с мамой на рынок, фрукты и овощи там не были такими красивыми и одинаковыми, как сейчас. Они были все разными, и у каждого сорта помидора или яблок был свой уникальный вкус и аромат. Сейчас, когда я прихожу в магазин, все овощи и фрукты одинаковые, одинаково красивые, ярких цветов, ровной формы, одного веса. И по вкусу, и по консистенции одинаковые, и одинаково не портятся. И в музыке такая же тенденция: вот вам куча одинаковых альтернативных групп, куча одинаковых хипстерских групп, одинаковых поп-проектов. Ты можешь выбирать, а можешь даже и не выбирать – возьми любую, нет никакой разницы. В этом смысле, мне кажется, мы выполняем некую селекционную функцию. И предлагаем нашим зрителям уникальные коллективы, которых не увидишь в телевизоре и не услышишь по радио. Это уникальные музыканты.

– На фестиваль подают более двух тысяч заявок. Вы действительно сами все отслушиваете?

– Да. Дело в том, что я долгое время работал на радио. И я понимаю, что у каждого музыканта должен быть не то что шанс на успех, но, по крайней мере, возможность быть услышанным. С другой стороны, мне и самому нравится этот процесс. Конечно, я не могу быть объективен, у меня есть взгляды на жизнь, на музыку. И за свою жизнь я подготовил столько фестивалей, что, возможно, есть некое замыливание взгляда и слуха. Реально, какой крупный фестиваль ни возьми, там работала наша команда. Мы только в прошлом году провели семь фестивалей. Но при этом, я считаю, если это мой фестиваль, я не могу и не должен брать музыку, которая мне не нравится. Это просто преступление против себя, обман и фальшивка. Тогда нужно признать, что это чистая коммерция или политика.

– Желание заработать – разве это плохо? Все-таки фестиваль – это ваш бизнес.

– Это не может быть основной движущей силой. В творчестве не бывает так. Художник пишет и думает: вот я сейчас нарисую и продам картину очень дорого. Или музыкант: напишу песню, продам и, наконец,  стану богатым. Мне кажется, финансовый мотив не может быть творческим двигателем. Финансовый мотив, конечно, должен быть, но на второй или третьей позиции.

У каждого музыканта должен быть не то что шанс на успех, но, по крайней мере, возможность быть услышанным  

Конечно, это лукавство, когда люди говорят: «Я ничего на этом не зарабатываю, но это и не важно, меня деньги не интересуют». Значит, есть другие мотивы.

Мои фестивали очень рискованные всегда, потому что мы показываем много новой музыки, которой не услышишь ни по радио, ни по телевизору. А потом уже команда показывает свои профессиональные навыки: можем ли мы это продать или нет. Хорошо, если да. Потому что на фестивале по-любому нужно создать некую индустрию: чтобы и люди, которые работают с тобой, заработали, и чтобы музыканты получили деньги, и чтобы площадка, на которой проводится фестиваль, получила выгоду. Нужно сделать эту историю популярной, чтобы туда приезжали зрители. Надо приглашать кафе и рестораны. Чтобы было уютно, комфортно, безопасно. Чтобы можно было приехать с детьми, не опасаясь увидеть пьяный угар, тела и грязь. 

– А ваша семья приезжает к вам на фестиваль?

– Даже если мои родные приезжают, я их не вижу. Я работаю. На «Мяту» приезжает даже моя мама, ей интересно.  Примеров подобных фестивалей в других странах мира много, нет смысла перечислять. И мне везде очень нравится отношение к СВОЕЙ музыке. Кроме как в нашей. В Европе музыканты используют национальные мотивы, неважно, играют они рок, поп или джаз. Наши же музыканты, наоборот, стремятся к тому, чтобы их не признали русскими. Это очень странно.

За 70 лет управления советскими чиновниками  народная музыка превратилась в каких-то петрушек, каких-то теток в платках. В большинстве стран происходит нормальное движение музыкального развития от корней, к Элвису Пресли, Дженис Джоплин и так далее. А у нас сейчас музыканты говорят: «Ну, я недавно записал альбом «Ландон», ю ноу»… И ты думаешь: понятно все с тобой, понятно.

Я ни в коем случае не говорю о национализме. Но почему на шестой части суши планеты музыканты говорят: «Национальная музыка – ну нет». А что тогда да?! Мы же не имеем в виду «Золотое кольцо». Это эстрада, и она имеет право на существование, и дай Бог всем здоровья. Но это совсем не то! Я думаю, что такие мероприятия, как наше, дают развитие нашей корневой культуры.

– А вы сами что слушали в юности, детстве?

– Я 1972 года рождения. Я, например, записывал на магнитофон фильм «Д’Артаньян и три мушкетера» и слушал его. Мама слушала Пресли, «Битлз». Мама у меня биолог, папа физик. Все ученые. В принципе, тогда в интеллигентной среде было принято слушать музыку. Когда пошли кассеты, слушали все подряд! И я так и не привил в себе любовь к какому-то одному музыкальному направлению. Я меломан с большой буквы. Слушаю музыку всегда и везде. Это мой воздух.

– При этом вы окончили МАИ. Вас не увлекла профессия? Авиация?

– Дело в том, что моя специальность – это не совсем небо. Система управления летательным аппаратом в безвоздушном пространстве – это скорее баллистические ракеты. Мне очень нравилось учиться, и вообще МАИ дает широкую базу знаний и в принципе расширяет сознание.

– А вы сами играли в группах?

– Конечно! С восьмого класса я занимался музыкой. Сначала играл на бас-гитаре, потом на гитаре, потом поступил на дневное в МАИ и на вечернее в джаз-колледж. Но я не был талантливым музыкантом. И уже с третьего курса понял, что если уж мне и надо заниматься музыкой, то только не своими руками. Надо уметь себе вовремя в этом признаться. Это совершенно не та ипостась, где я могу чего-то добиться.

– Почему обязательно надо чего-то добиваться?…

– Потому что жизнь очень короткая. И если ты занимаешься делом, к которому ты не чувствуешь, что у тебя есть таланты, то ты тратишь свое время, время других людей, которых вовлекаешь в свое неудачное творчество.

Во всем мире музыканты используют национальные мотивы. Наши же музыканты, наоборот, стремятся к тому, чтобы их не признали русскими  

– А многие искренне верят в себя, в свой талант!

– Конечно, вера – это величайшее дело. Но должна быть и адекватная самооценка.

– Когда вы поняли, что ваше призвание – продюсирование?

– Как это ни банально прозвучит, все идет от любви. Если ты любишь какую-то музыку и хочешь показать ее людям – вот в этот момент ты становишься продюсером! Приблизительно так все и строилось. У меня не было какого-то озарения: «Итак, я продюсер!» Все началось с организации ночных школьных концертов, и закрутилось. С какого-то момента работа превращается в беспрерывную цепь событий, мероприятий, фестивалей. И однажды ты открываешь свой график и понимаешь, что у тебя нет перерыва. Ты заканчиваешь один процесс и тут же начинаешь второй, потом следующий, следующий… И я понимаю, что это трудно и мне, и моим друзьям в «J Group». Но, знаете, мне кажется, что для нас интересен больше процесс, чем результат.

По завершении фестивального сезона, зимой, нахожусь в таком состоянии, что не могу ничего вообще осознавать. Дикая усталость. Зимой мы с коллегами уезжаем в Индию и просто ничего не делаем месяц. Стараемся не обсуждать работу. Читаем, слушаем музыку. На самом деле свобода – лично для меня и для многих других – начинается с музыки.

– А семья как реагирует на вашу занятость?

– Очень трудно. Я не назвал бы свою личную жизнь успешной. Мои женщины всегда говорили, что я женат на работе. В женском понимании мужчина должен зарабатывать много денег, тем, что проводит время с семьей. Не знаю, как это возможно.  Может быть, это и мой эгоизм тоже: я люблю свои идеи, проекты и не хочу от этого отказываться. Мне кажется, люди, которые увлечены своим делом, редко бывают счастливы в личной жизни. Конечно, все свое свободное время стараюсь проводить с детьми. Но я не на семейной волне. И меня уже не переделать. 

– Это сколько лет продолжается?

– «J Group» создана в 2007 году. Когда я работал на «Нашем радио», мы делали фестиваль «Нашествие», я думал: вот мы откроем свою компанию, и все станет легче и спокойнее. Стало спокойнее только в одном ключе: когда ты работаешь на кого-то, этот некий кто-то может указывать, как и что делать, в том числе вещи, с которыми ты не согласен. В своей компании такого нет. Ты делаешь, что хочешь и как! Но легче – нет, точно не стало. Наоборот, все стало значительно труднее. К своим проектам ты относишься с еще большей ответственностью, чем к проектам «дяди». И еще, когда ты работаешь в какой-то компании, то она может счесть какой-то твой проект невыгодным и отказаться от него. А когда ты сам на себя работаешь, ты же не из-за денег работаешь, а потому что тебе интересно. И ты знаешь, что какой-то проект тебе ничего не даст с точки зрения выгоды, но ты его делаешь и всё! Например, у нас есть небольшой фестиваль «Горлица» для мам с маленькими детками. Там возни много, доходов нет, но мы все равно его любим и делаем.

– Ваши партнеры разделяют ваше мнение?

– Да, конечно. Мы втроем создали нашу компанию. Сегодня у нас работают 22 человека. А на фестивале работает в среднем около ста человек. Для меня вообще это удивительная история: мы работаем и параллельно создаем рабочие места.

  Фестивальная деятельность – это всегда финансово непонятная история

Фестивальная деятельность – это всегда финансово непонятная история. Понятно, что мы все сделаем и что для зрителей все будет здорово. А вот по финансам никто не знает: может, будет плюс, может – «ноль», может, уйдем в минус. Конечно, мы не допускаем убытков, которые могут убить компанию. Но фестиваль – это не линейная коммерческая история, это скорее творчество.

Например, в следующем году я хочу сделать вторую площадку, хочу воздушное шоу, цирковое… У меня очень много желаний. Но я понимаю, что нельзя увлекаться какими-то вещами, ставя под угрозу благополучие своего коллектива.

– Что вас отрезвляет?

– Финансовый план. Перед тем как принять какие-то решения, я должен понимать финансовые прогнозы.  Потому что я человек эмоциональный, всегда есть желание что-нибудь э-эх, шарахнуть широко. Но при этом есть ответственность перед коллегами. Люди мне поверили, мы начинали с копеек, сейчас только пришли к нормальным зарплатам. И это был именно вопрос веры. И я не могу позволить себе их обмануть и рисковать: «Ой, ребята, извините, мы тут рискнули, поэтому зарплаты не будет». При этом я знаю, что меня поймут. Но я не понимаю, как так можно с людьми поступать.

– Есть еще какие-то правила, которых вы придерживаетесь в бизнесе?

– Нужно доверять своему внутреннему чутью. Если ты чувствуешь, что тебе с этим человеком не надо иметь дело, значит, не надо. Эта реакция может быть отложенная. Год вы отработаете нормально, а потом может все вылететь в такой ад. Нужно доверять себе.

– Сегодняшняя ситуация на Украине скажется на фестивале? Все участники от Украины подтвердили свое участие?

– Да! Я считаю, что независимо от большой политики наша функция и всех людей, которые занимаются культурой и искусством, – миротворческая. Не из серии митинговать и тому подобное. Я не очень верю в музыку «на баррикадах». У меня сложное отношение к происходящему…  Я глубоко убежден: никто не знает о большой политике ничего, кроме тех людей, которые ее моделируют. И я боюсь, что многие люди становятся инструментом в политической борьбе. Неважно, кто у кого тырит газ, важно, что в этом информационном поле у какого-то человека Икс возникнет желание треснуть по роже человека Игрек, а мы этого не должны допустить. Я вообще считаю, что все люди планеты – братья. Более того, если мне завтра предложат сделать мероприятие, например в Крыму, я с удовольствием приму такое предложение. При этом понимаю, что меня осудят либо те, либо другие. И оправдываться не буду. У каждого человека внутри есть Бог, и каждый человек знает, когда он делает правильные и неправильные вещи. И я с удовольствием привезу в Крым и русских, и украинских музыкантов… Это и есть диалог культур.

Я читаю обсуждение этой ситуации в сети, и вижу, что, простите, у многих говно вскипело в головах. Совсем скоро всем участникам этого будет дико стыдно. Оценить сейчас невозможно. Мы находимся в двухмерном мире и не можем приподняться над историей. Всё по местам расставит время. Важно одно – в любой ситуации сохранять человеческое лицо.

– Вы в основном занимаетесь фестивальной деятельностью. Не хотели бы попробовать себя в другом бизнесе? 

– Хочу, конечно! Просто не успеваю. Мне все интересно. У нас есть предложения как раз из Калужской области. Мне очень нравится у вас работать, мне нравится ваша власть. Например, за все годы ни один калужский чиновник не потребовал у нас денег. Ни разу! И это уникально! Мне нравится, что министр культуры – музыкант, а его заместитель Вадим Федорович Терехин – поэт.  Это показатель. Люди культуры, из среды. Относительно недавно у нас была встреча с губернатором, он пригласил ребят из Никола-Ленивца, нас, ребят, которые делают «Мотоярославец», «Высокие берега». Мы обсудили все вопросы, мне понравилось, какая была атмосфера, открытый хороший разговор. И в этом смысле я бы сравнил Калугу с Москвой, где сейчас с приходом Сергея Капкова все поменялось в лучшую сторону.

–  Что для вас изменилось?

– Когда нам предложили провести столичную «Масленицу», мы обрадовались, но очень удивились. Мы думали, что крутимся где-то в параллельном мире, и власти этого не замечают, не видят, не знают. Вдруг пришло осознание, что если ты хорошо что-то делаешь, – это людям нужно!

И если мне завтра предложат сделать мероприятие, например в Крыму, я с удовольствием приму такое предложение  

Сейчас участвуем в проведении большого количества мероприятий в Москве: это и фестиваль «Городских романтиков», и «Масленица», и «Московский новогодний фестиваль», и концертная программа на майские праздники.

– Где-то я прочитала, что вы очень любите работать со спонсорами.

– Это правда. Деньги – это кровь любого мероприятия. Представьте: мы любим то, что мы делаем, а наши партнеры дают нам на это деньги! Я так благодарен людям, которые с нами сотрудничают. И готов, просто как частное лицо, переключить свои потребительские способности в сторону наших партнеров! У нас никогда не было спонсоров, которыми я не горжусь.

– Есть жизненный цикл фестиваля? На каком этапе находится «Дикая мята»?

– Наверное, есть. И он, скорее всего, зависит от жизненных циклов его организаторов. Мне кажется, когда фестиваль становится просто машиной по зарабатыванию денег, он начинает падать вниз. А у нас столько всего нереализованного, что нам еще падать рано.

– Есть ли у вас артисты-мечты, которых вы пока пригласить не можете?

– Все само приходит. В прошлом году я случайно услышал песню Шинид О’Конор, подумал, что надо ее пригласить, не зная даже, сколько это стоит. В итоге она приехала. Или в этом году у меня был ремонт, и я какое-то время жил у мамы. Обычно я мало смотрю телевизор, а тут мама смотрела «Голос», и я увидел Тину Кузнецову и Антона Беляева. Нашел их контакты, договорился, и они будут на фестивале. Если сейчас кого-то мы не можем пригласить, значит, пригласим позже.

– Если вам надоест когда-нибудь ваша деятельность, чем будете заниматься?

– А как может надоесть любимое дело?

Текст: Анна Большова
Фото: Иван Шурыгин (Fotomafia Project) и из архива А. Клюкина