Павел Тюменев. Здесь будет АвтоГрад

Жить Хорошо 23 декабря 2019 0 Просмотров: 283

В конце 2018 года на автомобильном рынке Калуги произошли масштабные изменения. Место ушедшего дилера Genser занял новый игрок — автомобильная группа «АвтоГрад». Генеральный директор группы Павел Тюменев — профессиональный строитель, обладающий уникальным опытом возведения и реконструкции специализированных автоцентров. Автобизнес как строительство — удивительная личная история и история личности Павла Тюменева.

— Павел, сложно ли новой компании приходить на «старое» место дилера с неоднозначной, но все-таки историей?

— Начинать всегда сложно. Исправлять чужие ошибки — тем более. Сейчас даже трудно однозначно сказать, что в нашей ситуации является плюсом, а что — минусом.

С одной стороны, автоцентры Nissan, Toyota и Mercedes-Benz остались на прежних, привычных для жителей города местах. Мы сохранили команду — отличных специалистов, настоящих профессионалов и мастеров своего дела. Взяли на себя все обязательства бывшего дилера перед клиентами.

С другой стороны, людям не очень важны все эти отраслевые тонкости: кому раньше принадлежал центр, где всегда продавались и обслуживались автомобили той или иной марки, и кому он принадлежит теперь. Многие и знать не знают о переменах. А когда строишь бизнес по-новому, это уже сложившееся восприятие во многом мешает.

— А что такое «бизнес по-новому» и почему его надо строить?

— Ну ответ, наверное, очевиден. Потому что старая схема оказалась нежизнеспособной. Значит, в ней были системные ошибки. А строительство — моя основная специальность, поэтому я очень хорошо понимаю, что всё, в том числе бизнес, строить нужно правильно — и с нуля.

4— Вот отсюда давайте поподробнее. Как так получилось, что от строительства автоцентров вы решили перейти к продажам и обслуживанию автомобилей?

— Наверное, я достаточно долго наблюдал за развитием автобизнеса со стройплощадки. Ну а если серьезно, то, как практически все в нашей жизни, этот выбор стал результатом определенного стечения обстоятельств.

— Ну тогда начнем с самого начала. Как вы стали строителем?

— В какой-то степени случайно. Я родился и вырос в маленьком городке Ливны Орловской области. Население — около 50 тысяч. Двадцать шесть заводов и предприятий, большинство оборонных, где работают практически все жители города. Родители — оба инженеры — не исключение.

Хочу построить на правом берегу настоящий автомобильный город — автоград, который станет центром притяжения для автовладельцев — настоящих и будущих

Конец 80-х. Перестройка, конверсия, неопределенность. Я учусь в выпускном классе, езжу на подготовительные курсы в Орловский приборостроительный институт: четыре часа туда, четыре — обратно, на перекладных. Вроде бы будущее предрешено, все идет по плану.

И тут вмешивается судьба в лице курсанта Пушкинского высшего военного инженерно-строительного училища, который приезжает из Ленинградской в Орловскую область агитировать выпускников школ поступать в их учебное заведение. И так здорово агитирует, что я уже пишу заявление, мою кандидатуру одобряют, я принят, уезжаю учиться в Царское Село. Родители в ужасе. Пытаются отговорить. Но я уже вдохновлен перспективой. И вот, здравствуй, военное училище.

— А что именно вдохновляло?

— Всё. Единственным большим городом, который я видел до этого за свои 16 лет, был Орёл. Впереди был Питер. Возможность увидеть другую жизнь, другие города, других людей. Отличная созидательная профессия, которая будет нужна всегда.

— И как, оправдались ожидания?

— Как это обычно бывает, реальность оказалось совершенно иной. Впрочем, о своем выборе я не жалею. Учился отлично. Осваивать строительную специальность было интересно. Побывал на практике и под Москвой, и под Выборгом, и в Ленинградской области. Многое узнал и успел освоить. Правда, к моменту моего выпуска из училища с дипломом по специальности инженера военного и гражданского строительства стройбаты в армии уже были расформированы. Уволиться из армии после окончания вуза было нельзя — требовалось в течение 5 лет отдавать долг Родине. Поэтому в начале 90-х я оказался в Иркутске в ракетных войсках стратегического назначения.

— А что может делать строитель в ракетных войсках?

— Там я попал в службу эксплуатации объектов. Конечно, к строительной специальности это имело весьма отдаленное отношение. Нужно было поддерживать в работоспособном состоянии инженерную инфраструктуру. Времена для армии наступили тяжелые: безденежные и бесперспективные. Профессия потеряла свой престиж.

Автоцентры nissan, toyota и mersedes-benz остались на прежних, привычных для жителей города местах. Мы сохранили команду, взяли на себя обязательства бывшего дилера перед клиентами

А я именно тогда встретил свою будущую жену, Ольгу. Она училась в Иркутском государственном университете на международном факультете. Ее родители, в свое время приехавшие в Сибирь по распределению после мехмата МГУ преподавать в вузах, уже вернулись в Москву. Поженились. Родился наш первый ребенок. Так что надо было уже не просто выживать, а строить новую жизнь. И я делал все, что мог. Как-то подрабатывал в свободное время. Получил права. Купил подержанный ВАЗ 2108, чтобы подрабатывать извозом, даже перегонял машины из Владивостока…

5— Это же какое расстояние до Иркутска?

— Тогда было около 4 700 км. Четверо суток в одну сторону. Сейчас там уже есть нормальная трасса, а в то время все было гораздо сложнее: часть пути проходила по реке Шилке, поэтому ехать можно было только зимой, когда она замерзала. Едешь по замерзшему руслу реки — темнота, дикая природа, только время от времени видишь огни в окнах домиков на высоких берегах. У местных жителей свой маленький бизнес — кормят-поят-отогревают таких вот перегонщиков. Уникальный опыт, конечно…

— Поэтому, как только закончились обязательные 5 лет службы, вы решили уехать?

— Ну не только и не столько поэтому. Вообще я твердо решил уволиться из армии, потому что считал, что на гражданке отношения между людьми устроены по-другому.

6— А что в армии было не так?

— Я никак не мог смириться с тем, что, несмотря на вроде бы единое дело и коллектив, который по всем правилам должен быть сплоченным и дружным, отношения строятся по каким-то волчьим законам. Нет радости за какие-то успехи и достижения подчиненных. Много зависти. Вечные подсиживания, использование административного ресурса отнюдь не в благих целях. Для меня это было просто дико. Да и характер у меня совсем не покорный. За полгода до увольнения я начал готовиться к отъезду. И хотя мне предлагали остаться на службе и перевестись в Москву в управление, этой возможностью не воспользовался. Предпочел свернуть с колеи и вернуться к тому, чему меня, собственно, пять лет учили — строительству.

— И как, все действительно оказалось иначе?

— Нет. Совершенно так же! Правда, в другой концентрации и с некоторыми дополнительными возможностями. Скажем так, в армии невозможно сменить круг общения, иерархия очень жесткая, слишком сильна зависимость от прихотей начальства. А на гражданке все-таки есть определенное пространство для маневра и какая-никакая свобода выбора.

— Не страшно было покидать обжитой Иркутск и переезжать в незнакомую Москву?

— Прощание с Иркутском было, пожалуй, легким. Хотя с несколькими хорошими друзьями расставаться было жаль. А в Москву мы перебрались не сразу, сначала переехали с женой и маленьким сыном в подмосковный город Королев.

В первое время, конечно, было тяжело. Никто нас не ждал. Диплом инженера-строителя был, а вот практического опыта почти не было. Искал любую работу, которая соответствовала бы специальности. И даже погода вносила мрачные краски — после Сибири, с удивительно здоровым климатом и невероятным количеством солнечных дней в году, привыкнуть к вечно низкому серому небу было непросто. Но через какое-то время смог устроиться прорабом на стройку, и, как говорится, дело пошло…

— А как прорабы открывают свои строительные компании?

— Прорабом я был недолго. Быстро дорос до главного инженера. Потом — до технического директора. Работал в строительных компаниях разных масштабов. И везде чувствовал себя чужим. Все то, от чего я бежал из армии, — интриги, подковерная борьба, воровство — процветали и здесь. И никто не собирался с этим бороться. Наоборот, на меня смотрели дикими глазами: какой-то ненормальный, упорно идет против системы.
В общем, в какой-то момент я понял, что ничего не остается, кроме как создать свою собственную строительную компанию, которая будет работать по моим правилам: открыто, честно, на совесть.

Обзавелся группой поддержки из двух человек, продал машину, арендовал офис, получил лицензию. Так в 2005-м году появился «Стройград».

— Легко ли было выйти на московский строительный рынок?

— К тому времени в строительной отрасли и среди подрядчиков у меня уже были знакомые. Через них и начал искать первые объекты. И тут на горизонте появился мой первый автоцентр — Infiniti. Здание на 63-м км МКАД начинала строить турецкая фирма, но в самый ответственный момент по каким-то причинам сбежала. В общем, мы его достроили, провели коммуникации и отделали. Успели все сделать в срок, хотя буквально накануне открытия выяснилось, что части сантехники не хватает. Видимо, при эвакуации ее решили прихватить предыдущие строители. Но ничего, нашел выход — в ночи поехал в «Леруа Мерлен» и купил.

С 2005 года мы построили двадцать три автоцентра. В Москве, Московской области и регионах России. Таким опытом строительства не обладает ни одна российская строительная компания

С этого здания и началась моя история строительства и реконструкции официальных дилерских центров.

73— И сколько вы успели построить таких автоцентров?

— Страшно сказать. С 2005 года — двадцать три. В Москве, Московской области и регионах России. Какие-то центры перестраивали, но в основном строили с нулевого цикла под ключ. Без ложной скромности могу отметить, что таким опытом строительства автоцентров не обладает больше ни одна российская строительная компания. А объекты эти специфичные — многофункциональные комплексы с шоу-румами, сервисными, складскими и автомоечными зонами и паркингами. При этом каждый автопроизводитель предъявляет к зданию, где будут продавать и обслуживать машины его марки, свои собственные требования: конструктивные, архитектурные и даже к материалам отделки.

— В Калуге тоже строили?

— Конечно. Причем на собственные средства. «МБ-Калуга» и «Тойота Центр Калуга» — наша работа.

— И на каком этапе строительство перешло в дилерство?

— А вот когда производители расторгли договоры с дилером, арендовавшим наши здания, тогда и возникла эта идея — не только строить для автомобилей дворцы, но и заняться их продажами и обслуживанием. И таким вот образом появилась уже автомобильная компания с ожидаемым, наверное, названием — «АвтоГрад».

— А как чисто технически становятся автодилером?

— Это вполне понятная и объективная процедура. Вы подаете заявку в представительство. Ее рассматривают, оценивают вас со всех сторон. И решают — заключать с вами дилерский договор или нет.

В 2018 году «Тойота» и «Мерседес-Бенц» сочли, что с нами можно иметь дело. В начале 2019 года к ним присоединился «Ниссан». А не так давно мы заключили дилерское соглашение с «Мазда Мотор Рус», поэтому еще до Нового года в Калуге мы откроем официальный дилерский центр по продажам и обслуживанию автомобилей этой марки.

Все настолько взаимосвязано, что я не стал бы делить жизнь на семью и работу. Как-то так получается, что этапные события в жизни и самые крупные строительные проекты у нас связаны с рождением детей

Кроме того, «АвтоГрад» получил статус официального сервисного партнера «ДжиЭм АвтоВАЗ». Так что гарантийное и постгарантийное обслуживание автомобилей «Шевроле Нива» — тоже наша работа.

И это, я надеюсь, только начало.

— Что все-таки дает вам уверенность в том, что удачный опыт в строительстве можно перенести и в автобизнес? Ведь сферы совсем разные?

—Разные. Но главное в любом деле — не специфика бизнеса, а люди и принципы, на которых они строят взаимоотношения.

Мы собрали отличную команду топ-менеджеров с уникальным опытом работы в автобизнесе. Сохранили людей на местах, которые знают и любят свое дело. Договорились о том, что должно быть главным в работе.
Это такие вроде бы простые вещи, но от этого они не теряют своей вечной ценности: качество, внимание к людям, желание развиваться и двигаться вперед.

— И к чему должно привести это движение?

— Смысл движения — в постоянном развитии, которое не должно останавливаться. Сейчас я хочу построить на Правом берегу Калуги настоящий автомобильный город — АвтоГрад.

Такой современный квартал автоцентров, который станет центром притяжения для автовладельцев — настоящих и будущих— со своей особой атмосферой. Где люди будут покупать, продавать, обменивать или обслуживать автомобили, и в полной мере при этом чувствовать: бизнес может быть не только со звериным оскалом капитализма, но и для людей. Как с одной, так и другой стороны. Честным, открытым и правильным.

— Павел, а что заставляет лично вас все время двигаться вперед?

— Трудно сказать. Наверное, просто такой характер. Появляется новая идея, и невозможно успокоиться, пока не получится ее реализовать. Никогда не знаешь, получится ли в итоге именно то, что задумывал, но то, что получается, снова не дает останавливаться.

— А семья поддерживает вот это вечное движение?

— Здесь все настолько взаимосвязано, что я не стал бы делить жизнь на семью и работу. У меня есть ощущение, что за двадцать с лишним лет мы с женой, наверное, уже стали каким-то единым целым. Да и как-то так получается, что этапные события в жизни и самые крупные строительные проекты у нас связаны с рождением детей.

— Сколько же их у вас?

— Четверо. Сын и три дочери. Старшему — девятнадцать, младшей — три.

— Проект «АвтоГрада» ведь тоже масштабный, планируете ли пятого?

— (Смеется) Вот здесь я решил ничего не загадывать. Поживем — увидим!

текст: Наталья Быкова
фото: Дмитрий Демидов и из архива Павла Тюменева

Прокомментировать

От редактора

Интервью

Опрос

Какое название по вашему мнению больше всего подойдет новому спортивному комплексу "Дворец спорта", который вскоре будет построен на месте стадиона "Центральный"?





Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...



Архив опросов