Кирилл Варакса. Тринадцатый апостол

Жить Хорошо 7 сентября 2020 0 Просмотров: 344

Молодой актер Кирилл Варакса прославился после выхода сериала «Тест на беременность», где он сыграл роль интерна, акушера-гинеколога Павла Саморядова. Сегодня он живет и работает в Петербурге, но Мы встретились в Калуге, где Кирилл снимался в новом фильме и жил целый месяц вместе с женой, маленьким сыном, тещей и котом.

- Кирилл, у вас интересная фамилия. Что она означает?
– По-молдавски «варакса» – это ворон, а в Польше так называли чернявых мальчиков. В нашей семье такие есть – у папы черные, сильно вьющиеся волосы, как у африканца. Еще так называли человека, который плохо пишет, ставит кляксы – «варакает».
– Кто ваши родители?
– Папа – член Союза художников республики Беларусь. Родители живут в Могилеве, это маленький город, их там все знают. Папа и в Беларуси довольно известен.
Родители учились в худграфе в городе Витебске, там и познакомились. Я, можно сказать, окончил институт вместе с ними – родился на последних курсах. Первые годы, пока родители доучивались, я жил у бабушки в Могилеве. У меня есть младшая сестра, мы с ней друзья. Помню, как ездили ее «покупать» в роддом. Наша семья воцерковленная, и я, и родители.
– Вам это в жизни помогает?
– Да. Я вообще считаю, что актерство – это апостольство.
– Но ведь церковь осуждает лицедейство.
– Кто-то должен этим заниматься. Театр – это совесть, это зеркало для всех нас, по словам Чехова.
Куда Господь пошлет, то и надо делать, поэтому я принимаю все предложения и ничего не ищу специально. Есть роли, где надо нажимать на белые клавиши, и есть роли, где надо нажимать на черные. Я могу играть злодеев. В институте в постановке «Гамлета» я играл Клавдия. Я разобрал его по грехам, и все стало понятно. Первым грехом у него было уныние, потом зависть, потом убийство. В школе, в институте я отошел от церкви, и мое возвращение произошло именно тогда, когда я работал над своим Клавдием. Конечно, актеры оправдывают своих персонажей – такая у нас работа.
– В какой момент вы поняли, что хотите стать актером?
– Я не хотел становиться актером. В школе я вел линейки и дискотеки, был капитаном команды КВН, играл в школьном театре эстрадных миниатюр, но мечтал стать инженером, строить дороги. В могилевский машиностроительный институт не поступил – не помогли ни подготовительные курсы, ни репетитор по математике. И мама предложила мне пойти в могилевское училище культуры. Я взмолился: только не «кулек»! Очень не хотел в эту профессию, уже тогда интуитивно понимал, насколько она тяжелая. Актеры живут по библейскому закону: не думай о завтрашнем дне. Они никогда не знают, что их ждет дальше. А когда надо содержать семью, это непросто.
– С чего начиналась ваша актерская работа?
– Я поступил в училище культуры, и нашу группу забрал к себе могилевский драматический театр. Так в 16 лет я начал работать, два сезона выходил на сцену в массовке и в эпизодах, играл «кушать подано». Было более 90 спектаклей за сезон. И мне так это все понравилось: кулисы, сцена, театральные легенды, рассказы старых артистов в курилке.
Но государственный театр – это очень жесткое место. Среда там совершенно нездоровая: в театре ты либо с кем-то спишь, либо с кем-то пьешь. А если не пьешь и не спишь, то ты вне коллектива, роли проходят мимо тебя, и никто не смотрит, какой ты талантливый. Как же мы тогда пили!..
– Как вы оказались в Питере?
– Из-за репетиций я пропускал занятия в училище, и в итоге меня отчислили с пометкой «профнепригодность». Я пришел в театр проситься в труппу, но без документа об образовании меня не взяли. Единственное, что смогли предложить – поехать в Минск и поступить на целевое обучение. А однокурсники по «кульку» мне говорят: поехали учиться в Питер! Я не хотел ехать, ведь у меня и так все складывалось хорошо. И вот иду я домой и вижу поезд «Санкт-Петербург – Одесса». Дома включаю телевизор – показывают Дворцовую площадь. А вдруг это знак? И я поехал. Конкурс в театральный был  – 100 человек на место, но я поступил.
– Когда вас утвердили на роль в сериале «Тест на беременность», вы были счастливы?
– Конечно, ведь я полгода работал уборщиком в магазине. Пожалуй, это был тот самый счастливый случай, который может изменить дальнейшую судьбу. Но к такому удачному повороту надо быть готовым. Я оказался в нужном месте в нужное время.  
– Вам легко было играть доктора? Какая-то подготовка медицинская потребовалась?
– Если нужна была медицинская информация, мы ее гуглили.
Работалось очень легко, каждый знал, что делать. Первую часть сериала снимали в Петербурге, в павильонах и в Мариинской больнице. Вторую часть снимали в Москве. Она получилась совершенно другая, и мой Паша – уже совсем другой человек. Поэтому я не хотел возвращаться в сериал. Но в это время мои однокурсники начали репетировать «Морфий». И тут меня осенило. Я решил сделать своего сериального героя морфинистом – это же булгаковская история, это интересно!
– Вы проснулись знаменитым после выхода сериала?
– Да. Люди вдруг ломанулись ко мне в друзья в соцсетях.
– У вас уже просили автограф?
– Недавно я приехал к маме в школу, чтобы настроить телевизор. Она сказала: познакомьтесь, дети, это актер. Потом я сидел на задней парте, подписывал всем дневники. И только на 20-м спохватился: а можно ли ставить автограф в дневник, это же документ. На что дети хором ответили: можно, потому что мы смелые!
– А что ваша мама сказала после выхода сериала?
– Что мне нужно играть положительные роли. До этого я играл в кино только бандитов, убийц и наркоманов. Наверное, потому что был коротко стрижен и носил в ухе серьгу.
– Вы не отказываетесь ни от каких актерских работ?
– Однажды я отказался от роли в театре, хотя надо было помочь ребятам, выпускникам нашей мастерской. Но в пьесе было много мата, а у меня жена беременная. Как я это буду учить, да еще ей «сдавать», чтобы она проверила меня по тексту? Жена – мой друг и помощник. Она режиссер, ее дебютный фильм сейчас снимается в Калуге.
– Как вы познакомились с женой? Это была любовь с первого взгляда?
– С женщинами у меня всегда были драматичные отношения – с театральными жестами, с показательными выступлениями. В какой-то момент я взмолился: господи, я готов стать мужем, заботиться о семье – только дай мне помощника. И мне его дали сразу, буквально через неделю. Моя будущая жена пришла на съемочную площадку кого-то заменить. Когда мы начали встречаться, я сказал: в семье есть главный, а есть умный. Давай умным будешь ты. А если нужно принять решение, будем опираться на слова главного, потому что не всегда нужно поступать умно, иногда надо идти в другую сторону.
– Есть роль, которую вы мечтаете сыграть?
– Меня греет мысль о Гамлете. В этом спектакле я сыграл все роли, кроме главной. Но у актера может быть такое: пожелал роль, сыграл ее, а потом в жизни у тебя все будет так, как там.
– Это же миф, и многие актеры его не подтверждают.
– Важно, ради чего ты пожелал роль. Если хочешь прославиться и хайпануть, показать, какой ты крутой – будет именно так. Ты сыграешь, а потом проверишь в жизни, как оно бывает по-настоящему. Другое дело, когда ты хочешь сыграть роль, чтобы сказать людям правду. Такой была моя цель, когда я играл цареубийцу, комиссара Яковлева. Подумайте, 100 лет назад мы жестоко убили семью с детьми – и живем себе спокойно. Мы и в название спектакля эту мысль заложили: «Я убил царя». Ведь найдутся и сейчас такие люди.
А вот какой я крутой, я показал в спектакле «Двое бедных румын» – когда играл, четыре раза потел до ниточки. Эту роль я прожил в жизни и проживаю до сих пор, плачу за нее.
– Как вы, такой эмоциональный человек, можете существовать в этой профессии?
– Я же подключаюсь через это!.. Просто стараюсь честно делать свою работу. В спектакле «На берегу пустынных волн» по «Медному всаднику» я играл Евгения. Мама сказала: «Как же ты убиваешься, как погружаешься во все, рвешь свою душу». Ей меня, конечно, стало жалко. Но нас так научил мастер: если ты не отдаешь все, то ты ничего не отдаешь.
– А вы не хотите поступить в труппу какого-нибудь театра?
– Я служил в московском Театре наций, но там не очень корректно ведут себя с немедийными актерами. Медийных-то, понятно, вылизывают. И так везде: нужен не артист, а раб, который играет 20 спектаклей в месяц. В этом случае про кино мне пришлось бы забыть. Поэтому репертуарные театры я стараюсь обходить стороной.
Сейчас я свободен, работаю над театральными постановками с теми, с кем хочу. За спектакли почти никогда серьезных денег не получал. Это мое альтруистическое искусство, чистое творчество.
– На что же вы с женой живете?
– Съемочками кормимся. Заработаем на проекте, и тянем эти деньги до следующего. Еще и поэтому у меня большая фильмография.
– Вы любите ходить в театр? Интересно смотреть, как работают звезды, например Хабенский?
– Я примерно знаю, как работает Хабенский, у нас одна школа. Аршавин однажды сказал: я люблю играть в футбол, а не смотреть на него. Так и я. Чтобы я пошел на какой-то спектакль, надо, чтобы про него мне напели, рассказали. Боюсь разочароваться. В театре я люблю спать. Когда просыпаюсь, сразу попадаю в спектакль как действующее лицо.
– Для зрителя театр – это работа.
– Однажды мы играли спектакль «Морфий» в ресторане. У нас было условие: пусть зрители заранее закажут себе еду, чтобы во время спектакля не шастали официанты. Критик, которого я пригласил, потом сказал мне: «Кирилл, вы их победили, потому что они не смогли есть. Набрали себе бутербродов, а кусок не полез в горло». Это потому что я был заряжен. Хотите «Морфий»? Пожалуйста, сейчас все накушаетесь. И мы как даванули! Этот спектакль планируем привезти осенью в Калугу.
– Есть ли у вас кумиры среди коллег?
– Из последних впечатлений – в спектакле «Я убил царя» Николая II играет Евгений Миронов. У меня было предвзятое отношение к нему, но тут я увидел, какой он мастер! Как он может распределяться, впрыгивать туда, сюда. Как он объекты держит! Я тоже хочу так уметь.
Вы ставите перед собой высокую цель? Какую?
– Я медиум, человек, через которого проходит энергия. Перед каждым спектаклем я прошу: «Господи, вложи в наши слова, движения, мизансцены то, что Ты хотел сказать людям!» И – крестик снял и пошел на сцену.
Некоторые двери открываются перед актерами легче. Актера услышат скорее, чем обычного человека. Я осознаю, что это моя прямая обязанность – вписываться за людей. Мы же все в одной лодке, просто у меня есть рупор, и я могу громко крикнуть.
– На кого вы опираетесь в жизни, с кем сверяете свой путь?
– Всегда только личный опыт. Бьюсь и ошибаюсь, у меня только на голове 13 шрамов. Но я знаю, как не надо, и могу передать этот опыт. А опираться мне, по большому счету, не на что – только на божью милость.
IMG_0522 2-edited копияIMG_0907 копияIMG_1069 копия

 

Прокомментировать

От редактора

Интервью

Опрос

Какое название по вашему мнению больше всего подойдет новому спортивному комплексу "Дворец спорта", который вскоре будет построен на месте стадиона "Центральный"?





Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...



Архив опросов