Султан Шахбазов. Исцеление верой

Жить Хорошо 22 сентября 2016 0 Просмотров: 654

Заведующий отделением ультразвуковой диагностики Калужского областного онкологического диспансера Султан Казанферович Шахбазов - Гордость Калужского региона. Почти четверть века он живет и работает в Калуге, но всегда помнит о том, откуда пришел и кому обязан всей своей жизнью.

- Султан Казанферович, вы можете сравнить, как изменился Калужский онкодиспанер за годы вашей работы? 

– При мне диспансеру исполнилось 50, 60 и сейчас 70 лет! В последние годы уровень нашего учреждения очень сильно вырос. Идет модернизация здравоохранения в целом, и диспансера в частности. Создана хорошая материально-техническая база, ничем не уступающая ведущим российским клиникам. Работать стало еще интереснее. Появилось оборудование, о котором раньше мы не могли даже мечтать. Стремительно и с большим успехом внедряются новейшие передовые технологии, используемые во всем мире для оказания помощи онкобольным. В нашем деле главное – вовремя поставить правильный диагноз. Я работаю на новейшем французском ультразвуковом аппарате, в котором есть новая технология – эластография сдвиговой волной. Эту технологию на Западе называют дистанционной пальпацией – узи «на ощупь». Ученые пришли к выводу, чем жестче ткань опухоли, тем выше риск злокачественности. Представляете, этот аппарат может определять плотность и жесткость тканей опухоли, это дополнительная информация в комплексном обследовании для того, чтобы дифференцировать злокачественную или доброкачественную опухоль. В отделении УЗД с 2004 года мы стали заниматься трансректальной биопсией предстательной железы первыми в области. Мы можем сегодня провести полифокальную биопсию предстательной железы с получением материала из 12 зон. Под УЗ-контролем пункционные биопсии различных органов стали уже рядовыми процедурами.

– Можете ли что-то назвать своим личным достижением?

– Личным – нет. В совместной работе мы внедрили трансректальную биопсию. В 2001 году у нас с заведующим отделением УЗИ детской городской больницы Александром Александровичем Мязиным вышла совместная статья в журнале «Ультразвуковая диагностика» об ангиолипомах у детей. Такие образования в почках нередко встречаются у взрослых и реже у детей. Раньше не знали, что это за новообразования. Мы обследовали группу пациентов и пришли к выводам: во-первых, что это доброкачественная опухоль. Во-вторых, маленькие опухоли не нужно трогать. От 2,5 см надо наблюдать чаще. И если растет, брать пункционную биопсию или оперировать. 10 лет я занимался этой темой, написал работу по доброкачественным опухолям почек. Делал доклад в нашей ассоциации онкологов Калужской области.

Коллектив дается такой, которого ты заслуживаешь. Мы отражение друг друга. Если ты проблемы видишь в другом, тогда ищи их в себе

– Почему же вы не написали диссертацию?

– Хотел. Даже тема была по опухоли предстательной железы. Мы тогда впервые подтвердили малый рак – до 1 см. Мы его диагностировали, взяв аспирационную биопсию из очага. Но исследований и материала на эту тему не было. Семья, заботы, работа… Тогда, наверное, мне нужна была хорошая рука… Скажем так, я в практическом здравоохранении эту тему проработал и получил от этого удовлетворение.

– Вас называют одним из лучших узистов региона. Что помогает вам «видеть» лучше других?

– На чем держится ультразвуковая диагностика: это подготовка пациента, это оператор – опытный врач, и хороший аппарат – связующее звено. Но у аппарата свои возможности, у конкретного пациента – свои, у врача тоже. Погрешности одного, второго и третьего создают риск ошибок. У меня есть определенные знания, опыт, ответственность, профессиональная направленность. С опытом приходит состояние, когда что-то дергает, толкает изнутри, чтобы посмотреть внимательнее. Вот, например, закончил исследование, пациент уже встает, уходит, и вдруг я ему говорю: «Сядьте, повернитесь». В другой позиции смотрю и нахожу, допустим, маленькую кисту или гемангиому. Этот неосознанный момент я когда-то запомнил, закрепил и доверяю своей интуиции. Поэтому не люблю работать второпях, когда некогда прислушаться к себе.

Но репутация врача – это не только профессионализм. Это его отношение к людям, образ его личности. Для врача, считаю, это немаловажно.

С опытом приходит состояние, когда что-то толкает изнутри, чтобы посмотреть внимательнее. Поэтому не люблю работать второпях, когда некогда прислушаться к себе

– Что значит для вас «быть врачом»?

– Быть реализованным, выполнить свою миссию, данную мне свыше, – помочь человеку.

– Как же удается не очерстветь, не стать циником?

– Надо просто поработать педиатром. Это развивает душу. На самом деле пациенты же разные, иной раз тебя так «проверяют на прочность». Иногда приходится отвечать жестко, чтобы остановить хамство и наглость и защитить себя и сотрудников. Но, слава Богу, такое бывает очень редко. Надо суметь перешагнуть, понять состояние больного человека. Медсестрам своим говорю: научитесь говорить «нет», как будто вы сказали «да». Не забывайте, что вы сестры милосердия!

– По каким параметрам вы отбираете людей в свое отделение?

– Я считаю, что коллектив дается такой, которого ты заслуживаешь. Мы отражение друг друга. Если ты проблемы видишь в другом, тогда ищи их в себе. Конечно, каждый у нас в коллективе – личность со своим характером, со своим видением. Тем не менее общие задачи нас сплачивают. И молодые врачи, попадая к нам, очень быстро вырастают в хороших специалистов.

– Расскажите, как вы решили стать врачом?

– Все всегда идет из семьи. Нас в семье восемь человек детей – пять сестер и три брата. Я седьмой, предпоследний. Родители с самого раннего детства внушали, что именно я должен стать врачом. Может быть, видели что-то во мне. Я был таким пытливым ребенком. Старшая сестра заведовала библиотекой, и я мог там читать что угодно. Очень мне нравились журналы «Здоровье», «Физкультура и спорт», «Наука и жизнь». Когда мне было 10 лет, я спас овцу! Продырявил один из желудков и выпустил газ. И она выжила. В какой-то книжке прочитал и применил. Потом в одном из журналов я нашел интересную статью про хатха-йогу, о том, как один спортсмен смог с помощью спортивных упражнений за два года вырасти на 19 см! И у меня появилась идея фикс – вырасти. До 185 см, которые я себе наметил, не дотянул. Но 181 см я сделал! Хотя все мои братья и отец невысокого роста.

– Кто были ваши родители?

– Отец был убежденный коммунист. Партиец. Он даже на поминки на кладбище не мог ходить. Его не взяли в армию, потому что он был образованный, и оставили учительствовать. Он остался и преподавал. Был директором детского дома, директором общеобразовательной школы. Последние годы преподавал родной язык и трудовое обучение. Я рос с комплексами учительского сына: «это нельзя, то нельзя». Мне, конечно, хотелось иной раз быть как все мальчишки, которые гуляли, прогуливали школу, дрались. А я был пай-мальчиком. Не дай бог, не так что-то сделать. Отец был мягкий человек, но его слово было очень весомо. В селе все называли его Хаким – что означает мудрец, уважаемый человек, руководитель. К несчастью, родители рано ушли из жизни. И не увидели, что я стал настоящим врачом, как они мечтали.

– Говорят, врач выбирает себе специализацию в той сфере, где у него самого есть проблемы.

– Конечно, в этом есть смысл. Честно скажу, как интроверту мне всегда нравились психиатрия и психоневрология. Я перечитал все возможные книги российских, французских ученых, безумно хотел овладеть воздействием на человека и уметь помочь с помощью этой терапии. Через душу, через веру лечить людей.

В онкологию я попал случайно. Вспоминаю четвертый курс университета, когда однажды мы пришли неподготовленные на занятие по радиологии. Возмущались: зачем нам эта радиология, лучевая терапия, расчет доз – нам это не понадобится! И преподаватель нам сказал: «Жизнь не дает ничего, что нам не нужно». Интернатуру я прошел в Калужской детской областной больнице. Отучился и на детского онколога, и на врача ультразвуковой диагностики. Узи было тогда новым направлением. Но какое-то чутье мне помогло выбрать эту специализацию. И после интернатуры получил место детского онколога в нашем онкологическом диспансере.

В Калуге тогда не было отделения детской онкологии. Я должен был решить, придумать, что делать, кому позвонить, куда направить ребенка на дообследование, уточнение диагноза или лечение. Это, конечно, был тяжелый период. По сравнению с тем, как я работал тогда, сейчас у меня нет уже таких нагрузок.

– Вы были молоды. Как вы справлялись с таким напряжением?

– Не так уж и молод – почти 30 лет. В институт – во второй московский медицинский им. Пирогова – я поступил не сразу, после армии. После института женился. Конечно, мне очень помогала супруга Наталия Михайловна. Наталия тоже известный доктор, работала в детской хирургии. Она занималась сочетанной патологией в хирургической практике. Ее пациентами были дети от нуля до 18 лет, которые проходили лечение в любом из отделений Калужской областной больницы. У нее характер такой: она там, где трудно и сложно, и по жизни она является моим надежным плечом. За каждым успешным мужчиной стоит сильная и любящая женщина.

– Ваша жена православная христианка, вы мусульманин. А ваши дети?

– В этом плане я космополит. Никогда не настаивал на выборе религии. Если жена созреет до ислама, я буду рад. Дочери наши до сих пор некрещенные. Я говорю: «Дети, выбирайте веру для себя сами. Но вы должны быть внутри себя верующими».

– Зачем?

– Если только на секундочку представить, что нет Всевышнего, то жизнь человеческая вообще теряет всякий смысл. Вера – это почва, в которую мы что-то сажаем. Без веры невозможно строить будущее, мечтать. Без веры нет смысла ни в каких человеческих стремлениях. Без веры нельзя преодолеть боль. Глубокая печаль, грусть, которые не проработаны с помощью веры, всегда будут тебя грызть и тормозить. Я очень хотел помочь своей матери, но не успел. Она умерла от инсульта. Долго был в такой обиде и претензии к миру: почему у меня отняли мать?.. Только в последние годы меня немного отпустило, я стал по-другому к этому относиться.

– Как – по-другому? Потеря близких – это всегда страшно и больно.

– Погружаться постоянно в вопросы, на которые нет ответов, – бессмысленно. Когда находишь выход – в молитве, в деле своем, обретаешь спокойствие. Это самый правильный путь, я считаю. Я задавался вопросом, как объяснить несправедливость смерти. Медицина говорит: большинство опухолей у детей – врожденные, но не диагностированные. То есть это карма родительская. Есть судьбоносные вещи, которые передаются из поколения в поколение. Откуда, почему?.. Понимание этого за пределами наших интеллектуальных возможностей. Единственное, что я понял: чтобы детям было хорошо, надо родителям стать чище. Становясь лучше, сильнее, умнее, добрее, ближе к Богу, ты расчищаешь дорогу своим детям.

Единственное, что я понял: чтобы детям было хорошо, надо родителям стать чище. Становясь лучше, сильнее, умнее, добрее, ближе к Богу, ты расчищаешь дорогу своим детям

– Считается, что вера и наука – понятия противоположные и даже несовместимые.

– Вот два больных человека с одним диагнозом, одна стадия, одно и то же лечение. Один – выздоравливает, второй – быстро уходит из жизни. Я задаюсь вопросом: в чем дело? Возможности и состояние души пациента – других объяснений я не нахожу. Почему в четвертой стадии мы говорим: идите и молитесь. Мы понимаем, что медицина бессильна. Но мы, врачи, – ремесленники. А господь может все – и дать испытание, и излечить.

Доказано: если над водой произносить слова «Бог», «любовь», «добро», структура воды меняется! И, конечно, когда такая вода попадает в организм, клетка исцеляется. Хочу прочитать книгу «Физика веры», где авторы объясняют, что вера и молитва имеют физическую основу, и как это работает. Если простые слова приносят облегчение и помощь, почему не использовать это? Какой здравомыслящий врач откажется от этого.

– То есть встречаются необъяснимые исцеления?

– Их все равно объясняют: лечебным процессом, успехами медицины, ошибочным диагнозом – так легче всего. Но болезнь тоже божий промысел. Это испытание все равно дано не на уровне тела, а для изменения сознания человека! Давно в одной книге встретил такое резюме: «Карма изменчива. Карму можно менять». То есть судьбу можно изменить. Как человек пройдет это испытание, как перестроится, как будет действовать, какой найдет выход, каким станет!

– Как вы считаете, нужно ли говорить диагноз?

– Это все индивидуально. Хотя сейчас везде говорят, что всем нужно сообщать. Но мое мнение: лучше не сказать, чем сказать. Потому что человека сразу сковывает страх. Редко кто с ним может справиться. Все говорят: рак – это приговор. Все, это убивает волю к жизни. Но если пациент идет и настойчиво спрашивает «я хочу знать», значит, он готов. Готов к этой информации, готов бороться.

– А рак – это приговор?

– Нет! На ранних стадиях излечиваемость достигает 90 процентов. Рак не стоит на первом месте по причинам смертности. Это просто болезнь.

– Что вы можете посоветовать, чтобы жить долго здоровым и счастливым человеком?

– Самые простые вещи: после 40 лет обязательно раз в год обследоваться: УЗИ всех органов, анализ крови, мочи. Мужчинам обязательно – предстательную железу, женщинам – молочную железу. Если есть проблемы с желудком – гастроскопию. Пожалуй, достаточно. Второе – делать гимнастику. Выбрать подходящий для себя комплекс общеукрепляющих упражнений и выполнять их каждый день. Третье – за все благодарить Всевышнего. Тогда и мир станет добрее.

– Кроме вашей основной работы, вы еще несете общественную нагрузку – руководите Дагестанской национальной общиной. Какую цель себе ставите?

– Вот уже десять лет я возглавляю Дагестанскую национально-культурную автономию. Дагестан и Калуга со времен Шамиля связаны. Мы восстанавливаем эти связи и хотим, чтобы было понятно, кто мы есть и сколько у нас общего. Дагестанцы – врачи, строители, сельхозработники – мы достойно служим Калужской области. Но становясь старше, я стал понимать смысл выражения «Где родился, там и сгодился». Подразумевая: что я могу дать родному Дагестану. Приезжая, вижу, сколько там проблем. Хочется вернуть долг Родине, и чтобы другие дагестанцы тоже стремились к этому.
Но пока живу, я всегда буду петь хвалу русскому языку. Дагестанцы, сколько нас есть национальностей, между собой могут говорить только на русском языке. Русский язык дал нам всем образование, работу. Когда я, простой дагестанский парень, табасаранец, представляя Калужскую область, выступаю в Москве на заседании комиссии Общественной палаты всей России, гордость переполняет мое сердце.

Когда я, простой дагестанский парень, табасаранец, представляя Калужскую область, выступаю в Москве на заседании комиссии общественной палаты всей России, гордость переполняет мое сердце

– О чем мечтает доктор Шахбазов?

– Я реализовался как доктор, как родитель. У меня две прекрасные дочери. Может еще и сын родится, кто знает. Деревья посадил, фундамент дома заложил. Надеюсь, когда-нибудь там будет собираться вся наша семья, дети, внуки, друзья. Хочется иметь больше времени, которое можно посвятить чтению. Хочется путешествовать, увидеть мир. Мечтаю прожить долгую жизнь, как мой прадед, который прожил 125 лет. В последний день он сказал всем сыновьям не ходить на работу. Его побрили, он сел, поел ягод тутовника, откинулся назад и ушел из жизни.

– В вашей жизни так много всего. Вы не устаете?

– Иногда накапливается усталость. Работая в таком учреждении, вынужден закрываться. Ты никого не видишь, только органы на экране УЗ-аппарата. И потом происходят такие редкие моменты, когда доброжелательный пациент вдруг от души тебе что-то скажет, и это слово доброе попадает прямо в сердце. И это трогает до слез. Этих моментов немного, но они дают такую силу, такую мотивацию жить и работать. И так хорошо становится. Моя мать учила меня: в такие моменты надо не гордиться, не о себе, прекрасном, думать, а перенаправить эти чувства наверх. Тогда все, что было сложное, неприятное, суета – все уходит. Тебя изнутри поднимает, и ты говоришь: «Спасибо, Боже».

Текст: Анна Большова
Фото: Дмитрий Демидов (Мамяс) и из архива семьи Шахбазовых
Благодарим за помощь в организации съемок  ресторанно-гостиничный комплекс «Атис».

Прокомментировать

От редактора

Интервью

Опрос

Какое название по вашему мнению больше всего подойдет новому спортивному комплексу "Дворец спорта", который вскоре будет построен на месте стадиона "Центральный"?





Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...



Архив опросов