Александр Лифшиц. Научиться понимать себя

Жить Хорошо 24 июля 2015 1 Просмотров: 2525

Он попал в Калугу случайно, и за полвека стал здесь местной легендой, человеком, без которого город немыслим, так же как без Циолковского, ракеты и Гостиных рядов. Его фамилию знают все калужане, включая тех, кого душевное здоровье не беспокоит.  Главный психиатр Калужской области, главный врач Калужской психиатрической больницы Александр Ефимович Лифшиц рассказывает о себе и том, что нужно делать, чтобы разум все-таки победил. 

– Александр Ефимович, бывают ли вообще люди, полностью психически здоровые?

– Хороший вопрос, если учесть, что 10 октября весь мир отмечал День психического здоровья. А раз есть такой день, значит, есть проблема. Наверное, мало кто знает, но каждый четвертый житель Земли нуждается в помощи психиатра. Да и говорить об абсолютном здоровье остальных было бы преувеличением. Потому что понятие здоровья, как и все в природе, относительно.

– Тогда по каким признакам человеку, в общем-то здоровому, можно понять, что пора обращаться к психиатру?

– Очень важно, чтобы врачи разных специальностей элементарно владели психиатрией. Чтобы вовремя предположить диагноз, с которым необходимо обратиться к врачу. Ведь нарушение сна, лечение гипертонии, язвенной болезни желудка, диабета – должно сочетаться с психотерапией.

Кроме того, у нас есть консультативно-терапевтический центр, куда приходят люди в пограничном состоянии: с неврозами, тревогой, нарушениями сна… И когда они проходят там терапию, то говорят: «Надо же, столько лет ходили по врачам, столько лекарств перепили… А оказывается, не то и не так лечили. Они научились понимать себя – а это очень важно.

– А что значит – понимать себя?

– Правильно оценивать свое настроение. Правильно оценивать свое самочувствие. Правильно оценивать свои поступки и уметь посмотреть на себя сбоку. Это не всем дано. Видеть себя со стороны – это важнейшее качество, оно позволяет, во-первых, снимать стрессовые проблемы, а во-вторых, найти более адекватную линию поведения. Адекватность и умение снимать сверхнагрузки, которые не нужны, – это и есть признаки здоровой психики. Но этому можно научиться.

– Когда вы общаетесь с людьми не по работе, вы оцениваете их психическое состояние?

– Это было бы нелепо. Но у меня, как и у любого человека, складывается мнение о собеседнике, и оно может быть умножено на  профессиональные знания. Конечно, я отмечаю манеру говорить, мимику, взгляд – но не специально, а «на автомате». А вообще, есть психологические приемы, которые позволяют лучше понять то, о чем человек думает, в какой степени он говорит в данный момент то, о чем думает. Например, когда человек смотрит влево и вниз – он перебирает в памяти, что лучше сказать. Понимать это учат следователей, подобные сведения есть в любом учебнике по психологии.

– Сколько лет вы в психиатрии?

– Много. В прошлом году исполнилось пятьдесят лет, как я стал главным врачом Калужской областной  психиатрической больницы. А в психиатрии – с 1957 года.

– Александр Ефимович, вы калужанин?

– Нет, я из Днепро-петровска. В Калугу попал по распределению после института. У меня не было ни малейшего представления, что это за город и где он находится, – в Россию распределяли очень редко. Мне сказали, что где-то возле Москвы. Я пришел домой, мы с женой взяли карту и нашли там Калугу, название нам показалось странным. Но делать было нечего, поехали…

– И каковы были первые впечатления?

– По сравнению с огромным Днепропетровском, который после войны очень красиво отстраивали – новые дома, кинотеатры, институты – Калуга нам городом вообще не показалась. Вышли на вокзале и увидели булыжную мостовую, маленький автобус, мальчишек в лаптях – какая-то глушь. На этом автобусе доехали до центра и увидели там Гостиные ряды. Они нас поразили, произвели просто колоссальное впечатление! В таком небольшом городке и такая красота – фантастические арки, гармония присутственных мест и площади. Я помню, в первом письме домой мы с женой написали: «Город вполне так себе, но есть потрясающие места!»

 – Как вы «попали на Бушмановку»?

– Не сразу. Я поработал начальником медсанчасти детской колонии в Ахлебинино и оттуда поступил в Москву в ординатуру в  институт психиатрии МЗ СССР. Это было почти чудо – туда было огромное количество желающих. Три года работал в Москве, подготовил диссертацию, а потом вернулся в Калугу. Когда уезжал из Москвы, один из докторов сказал мне: «Саш, куда ты едешь, это же умирающая больница…» Когда я подъехал к Бушмановке, то увидел деревянные полуразрушенные бараки. Это было что-то ужасное! Просто не поддается описанию: не было ни дороги, ни водопровода, ни канализации… Были выгребные ямы, пять врачей, причем главный уходил на пенсию. Так что через месяц я стал главным врачом.

– Вам было не страшно принимать такое «хозяйство»?

– Нет. Я в Москве прошел хорошую школу в кругу самых известных психиатров России – работы я не боялся. К тому же было необходимо что-то делать, потому что так оставить было невозможно – бараки были переполнены, больных укладывали на пол, на набитые соломой матрасы… Я же хотел изменить ситуацию. И я этого добился.

– Сколько лет вам понадобилось, чтобы построить нормальную больницу?

– Закончили мы строить где-то в конце 70-х годов. А начинали строить в 1960 году… в тайне от властей. В облздраве договорились, что мы якобы проводим ремонт – на него деньги давали, в отличие от строительства. Снесли страшный деревянный барак, я нанял каменщиков в Турынино – и построили корпус. Приехала комиссия из облздрава проверять ремонт. Они быстро поняли, в чем дело, и сказали: «Лифшиц, если ты попадешься – мы тебя защищать не будем»… Это было первое здание на Бушмановке с водой и отоплением.

 Жизнь всегда подсказывает, так ты поступаешь или не так. Причем не когда-то потом, а по ходу дела – и вам, и мне, и каждому другому. Если вы оглянетесь назад, то поймете, что всегда были подсказки.

 – Через вас прошло столько людей с очень непростыми историями и судьбами… Насколько важно для психиатра умение абстрагироваться от их проблем?

– Это необходимо для каждого из нас – есть специальные приемы, которыми нужно владеть. Вот, например,  самый элементарный. Допустим, у вас возникла проблема и вы должны понять, что делать дальше… Представьте круг, в котором находится все то, что касается вашей проблемы. И в нем же находится ваш двойник – человек, очень похожий на вас. Но сами вы стоите за этим кругом и видите проблему со стороны. Она вас не касается. А со стороны все виднее, и мы всегда готовы дать совет: поступай вот так-то и так-то… Потому что в этом случае у вас нет эмоционального подхода, а есть обыкновенный, рациональный. Таким образом, вы сами себе посоветуете, как выйти из ситуации.

– А как же знаменитое: «Видеть можно только сердцем»?

– Есть такое выражение – «сердце-вещун», но этим чаще руководствуются женщины. Мужчины же думают левым полушарием и более прагматичны в этом отношении. Разумный подход более верный. С другой стороны, эмоция женщине может подсказать те тонкости, о которых мужчина и не подозревал.

– То есть о «равенстве полов» не может быть и речи?

–  У нас в руководящем слое женщин не много, сколько бы об этом ни говорили.  Да и не только у нас, за рубежом их тоже не много: Ангела Меркель, Кондолиза Райс… Это все-таки единичные случаи, ведь для того чтобы стать лидером, необходимо иметь определенные качества. И этих чисто мужских качеств у женщины может не хватать. Быть рядом и советовать – это да!

– Вы сами часто слушаете советы жены?

– Слушаю, она очень мудрый человек.

– Александр Ефимович, вы всегда много работали. А что для вас важнее – семья или профессия?

–  Я считаю, что семья – основа всего. И я бы не стал создавать здесь никакой иерархии: семья и работа – это просто разные ипостаси жизни. Работа нужна: она кормит, развивает ум. Человек ведь общественное существо, поэтому каждый находит точку приложения. Но семья – это основа жизни. Мы в семье рождаемся, в семье уходим в мир иной. 

– Судя по количеству разводов, так считают далеко не все…

– Разводы были всегда. Люди есть люди. Здесь важно,  каким образом была создана семья, какие интересы лежали в ее основе.  Нужно уметь видеть основное. Если для тебя семья – святое, то ты умей идти на компромиссы. Не бывает безоблачных семей. Просто не может их быть в природе… Когда люди начинают жить вместе, нередко бывают завышенные ожидания. Нет четкого представления, что придется терпеть. Терпеть невзгоды,  характер…

– Терпеть ради чего?

– Ради детей. Ради семьи, если мы считаем, что она должна быть. А если мы так не считаем, то лучше, чтобы ее не было.

– Вы верующий человек?

– Это личное.

– Бывают моменты, когда вам хочется отправиться на пенсию, отдохнуть?

– Нет. Пенсия у меня и так есть (смеется)… Жизнь продолжается, и будет видно,  как она сложится дальше. Возможности должны совпадать с реальностью.

– Вы думали о том, чем бы вы могли заняться в жизни, кроме психиатрии?

– Я слишком уже далеко зашел в психиатрии, чтобы заниматься чем-то другим…

Здесь я специалист, а быть в чем-то дилетантом – я думаю, это будет вредно и мне, и людям.

– А в детстве кем хотели быть?

– Историком. В школе мне очень нравилась история… До самой войны я жил в украинском селе и учился в украинской школе. Я думал на двух языках: по-украински и по-русски. До сих пор, когда надо сказать что-то емкое, с «перчиком», первой мне в голову приходит  украинская фраза. И я «перекладаю ее на российську мову»…

– У вас кто-то остался на Украине?

– Нет. Но там осталась вся молодость… довоенная и послевоенная.

– Если оглянуться назад, какой период жизни был для вас самым лучшим?

– Я думаю, что все периоды по-своему хороши. Всегда были трудности, всегда нужно было что-то преодолевать. Но в разных возрастных периодах мы эти трудности по-разному воспринимаем. А сейчас что об этом говорить… Ну, было. Было и прошло.

В любой профессии есть удивительно способные и проницательные люди, которые хоть  и не психиатры, а видят тебя насквозь. И это идет не от профессии, и не от природы даже, а от ума. Интуиция ведь формируется благодаря опыту – чем больше знаний, тем больше интуиции.  

– Как вы считаете, счастье есть? И в чем оно для вас?

– Счастье – иметь семью. И чтобы эта семья состоялась – состоялись дети, состоялись внуки.

– Кто-то из них пошел по вашим стопам?

– Они способные ребята, но в медицину никто не пошел, я не советовал.

 – Почему?

– Очень тяжелая это ноша – быть врачом, который полностью себя отдает. К сожалению, медицинская деятельность у нас материально и морально недооценивается. Работа тяжелая и ответственная — требуется подвижничество. Конечно, дети сами выбирали, кем быть, хотя определенное влияние семья оказала.

– Как вы объясните, что в любом городе психиатрическая больница – место очень популярное в народе…

– Вы знаете, первым лечебным учреждением в нашей Губернии была именно психиатрическая больница.  Хлюстины построили больницу для умалишенных  – других больниц в городе не было. То есть уже тогда понимали, что именно этим пациентам нужен особый уход. И ведь какое прекрасное здание построили! Что касается любопытства людей к этой теме, очевидно, оно связано с тем, что наличие душевного заболевания придает человеку некую инакость. Наряду с этим интересом всегда было и теперь остается определенное отчуждение от больных и вообще от психиатрии.

Кстати, Бушмановка как деревня ликвидирована, и  теперь у нас новый адрес – Маяковского, 55. Но я думаю, многие, кто у нас пролечился, с благодарностью вспоминают это название.

 – Сколько за 50 лет у вас пролечилось людей?

– Я могу сказать, что 200 тысяч человек хотя бы раз обращались за психиатрической помощью.

– Александр Ефимович, как вы относитесь к тому, что ваше имя в Калуге стало легендой?

– Я думаю, что это преувеличение.  В силу моей работы, у меня обширный круг общения на самых разных уровнях – начиная от администрации области…  Но это рабочее общение, по необходимости. И я могу сказать, что со всеми, с кем мне приходится общаться, отношения у меня хорошие.

– А с властями у вас тоже всегда были хорошие отношения?

– Вы знаете, я думаю, что работа, тем более в психиатрической больнице, требует большого напряжения, чтобы учреждение было «на плаву». И без властей здесь сделать ничего невозможно. Нужны ассигнования, нужна помощь, нужно понимание. И если ты будешь что-то делать или говорить невпопад, то ни к чему хорошему это не приведет. Поэтому задача в общении с властями состоит в том, чтобы разъяснить, что вот это для дела нужно и иначе никак нельзя.

Мы должны помнить, что от психического состояния народа зависит будущее страны. Это должны все понимать. Его отсутствие или его дефицит очень дорого стоят.  

– И что, всегда удавалось?

 – Я как главный врач больницы в работе придерживался такого принципа: «Мы всем сочувствуем, но наше отдай!» Потому что по большому счету то, что мы получаем, это малая доля от огромного массива. И если ничего не просить, то можно все закрыть и не работать. А потом скажут: «Вы что же довели больницу до такого состояния? Куда вы смотрели? Почему не добивались?» Так вот, я  добивался и сейчас добиваюсь. Любой руководитель должен быть услышанным.

– У вас много друзей?

– Нет, это очень узкий круг друзей семьи.

– Вы о чем-нибудь мечтаете?

– Обязательно. Я считаю, если не видеть что-то впереди, жить с удовлетворением просто нельзя. Это касается и повседневности: что делать дальше, как поступить… Всегда нужно видеть завтрашний день, если вы не хотите топтаться на месте.

– Что такое для вас – «жить хорошо»?

– Это хорошо для названия журнала, но не для состояния человека (смеется). Состояние, когда «все хорошо», смягчает интенсивность движения вперед. Убавляет скорость. Должно быть осознание, что не все сделано и что нужно идти вперед. В свое время, например, мы бы больницу не построили, если бы говорили, что все хорошо.

 

Текст: Лариса Северина
Фото: Михаил Андросов 

1 комментарий

  1. Ефим Штокмейстер 18.12.2015 в 19:46 - Ответить на это

    Мой дорогой дядя Саша. Так я его называл. Это был замечательный человек .Добрый и отзывчивый, всегда мог прийти на помощь, светлая память о нём сохранится до последних дней моей жизни, да и не только моей.

Прокомментировать

От редактора

Интервью

Опрос

Какое название по вашему мнению больше всего подойдет новому спортивному комплексу "Дворец спорта", который вскоре будет построен на месте стадиона "Центральный"?





Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...



Архив опросов