Игры разума

Жить Хорошо 23 апреля 2018 0 Просмотров: 1833

Калужанин Андрей Лобанов – талантливый математик, выпускник мехмата МГУ – хорошо известен в Москве. О нем и его проектах уже писал Forbes. Однако в родной Калуге о нем знают мало. «Страна должна знать своих героев», – решили мы и встретились с Андреем в один из его редких визитов домой. 

– Андрей, провинциальное образование часто ругают. А вы окончили обычную калужскую среднюю школу и поступили в один из лучших вузов страны. Как вы считаете благодаря чему?

– Образование всегда ругают, и в этом смысле совершенно непонятно, каким оно должно быть, чтобы его не ругали. В свое время Фурсенко пытался его реформировать, и у него были худшие рейтинги из всех министров. При этом у нынешнего министра высокие рейтинги. Спрашивается: это потому что все хорошо в образовании или потому что она не ворошит этот улей?

Я учился в двух школах: сначала в школе № 24, потом перевелся и оканчивал 13-ю. Мне повезло с учителями математики — это люди, во многом благодаря которым я полюбил математику. Михаил Иванович , который вел кружок по математике. Я туда пошел, и мне очень понравилось. И потом в 5-м классе у нас начал вести математику Сергей Кудрявцев. Он очень крутой. Он умеет так преподнести математику, чтобы стало интересно. И это стало дополнительным пушем для меня.

– А по остальным предметам как вы успевали?

– Успехи мои были только в технических науках. Я был таким махровым хорошистом, который иногда «плавал» по русскому языку ближе к тройке. Неосознанно я понимал, что мне это не нужно. Это, кстати, очень важно в плане детского обучения. Дети делают хорошо только то, что им интересно. А система школьного образования построена так, что с интересом ребенка никто не работает. Она построена на том, что ученик должен. А почему должен? Мне всегда была интересна математика. Мои родители поощряли мои занятия и мой интерес, и не сильно шпыняли за остальные предметы.

– Не страшно было поступать в МГУ?

– МГУ – это была мечта. Для меня люди, которые учились в МГУ, были… небожители. А когда я впервые увидел главное здание МГУ, я сказал: «Хочу здесь учиться». Трудно сказать, верил ли я или не верил, что поступлю. Мне казалось, что я могу. И приложил к этому максимум усилий. Поступал я в два университета – в МГУ и МФТИ. Прошел в оба и, конечно, выбрал МГУ.

– Вы не чувствовали к себе пренебрежительного отношения, как к провинциалу?

– Нет! Мехмат – это факультет, на котором совершенно отсутствуют понты. Царит замечательная дружелюбная атмосфера. Потому что на мехмат не поступают по блату. Помню, когда в первый день учебы мне позвонила мама с вопросом: «Сынок, ну как?» Я ответил: «Мама, я тупой!» Вообще я считал себя талантливым математиком. Но когда приехал в МГУ, увидел другой уровень. На факультете половина студентов – из регионов. Все разные, у всех разные таланты. И есть люди гениальные, у которых математика в крови.

– Считается, что математики – эдакие чудаки, не от мира сего, «штанишки по грудь, брючки в носочки». Это правда?

– Конечно, есть определенная категория ребят, которые немного смешные. Это правда. Просто гениальные люди – они другие. У них какие-то параметры мозга зашкаливают, а какие-то не развиты. Но внутри мехмата это абсолютно нормально воспринимается.

Помню, какую-то задачу мы решали группой несколько дней. И даже не могли понять, с какой стороны подойти к решению. Потом мы решили спросить одного такого «смешного» нашего однокурсника, он двукратный победитель международной олимпиады по математике. Он посмотрел задачу и сказал: «Записывайте».

– Где вы жили во время учебы?

– Как все, в общаге. Сначала с тремя соседями в одной комнате с двухъярусными кроватями. Мехмат учится в главном здании МГУ, а на старших курсах и живет в нем. И я тоже жил на 15-м этаже с видом на Москву. До сих пор, когда проезжаю мимо, мое сердце трепещет.

Курса со второго я уже понял, что в Калугу не вернусь. Я полюбил Москву. Там такая энергетика – очень быстрая, живая, которая заставляет что-то делать. Мне она подходит. В Москве я нашел настоящих друзей.

Математика настолько круто развивает мозг, что после мехмата МГУ можно работать где-угодно. Мы решали такие задачи, после которых понимаешь, что ничего невозможного нет.

– У вас было понимание, кем вы станете после окончания института?

– Математика настолько круто развивает мозг, что после мехмата можно работать где угодно. Я знаю журналистов после мехмата, крутых ученых, бизнесменов, программистов. Мы решали такие задачи, после которых понимаешь, что ничего невозможного нет.

Я быстро понял, что никогда не стану ТОП-10 мехмата, потому что у меня просто не хватает таланта и, может быть, базы. Начал участвовать в чемпионатах по решению бизнес-кейсов. Летом после 2-го курса устроился бизнес-аналитиком в компанию «Видео Интернешнл», которая занимается продажей рекламы. А через год вместе с друзьями мы создали свое рекламное агентство. Делали рекламную продукцию для малого и среднего бизнеса, доросли до 500 тыс. долларов оборота в год. Но в какой-то момент я выдохся. На крутые проекты и крутых специалистов у нас не хватало ресурсов. Поэтому приходилось работать с мелкими заказами, а это неинтересно. И бизнес вроде как растет, но не туда. А личного роста нет совершенно. Тогда я продал свою долю партнеру и вышел. Это был пятый курс.

– А что дальше?

– Одновременно с этим я участвовал в кейс-чемпионате компании McKinsey. Это крупная известная компания стратегического консалтинга. Наша команда заняла второе место. И мы, три участника команды, бросили свои работы, и начали готовиться к конкурсу на замещение вакантной должности в этой компании. Туда очень сложно попасть: 100 человек на место, шесть собеседований, строжайший отбор. И я выиграл! В McKinsey я проработал почти пять лет. Это был большой тренинг лично для меня. McKinsey – это очень большая зарплата, очень крутые проекты, очень напряженная работа. И вроде бы все шло отлично. Но в один момент я задался вопросом: «ОК. Андрей, хочешь ли ты стать партнером?» И ответил сам себе – нет. «А чего ты хочешь?» И понял, что не могу ответить себе на этот вопрос. В тот момент было ощущение, что я на огромной скорости вылетел в невесомость. У меня случился серьезный кризис. Я взял длинный полугодовой отпуск, чтобы разобраться в себе и определиться с выбором пути.

– Чем вы занялись?

– Меня всегда интересовало искусство и культура, но я в этом ничего не понимал и очень хотел разобраться. Например, почему «Черный квадрат» Малевича – великое произведение искусства? Как понимать Кафку? Почему Феллини крутой? Я пытался найти людей, которые объяснят мне это просто и понятно. Но все, кого я спрашивал, делились на две категории: одни говорили – мы тоже не понимаем. А вторые – иди изучай теорию, и потом мы с тобой поговорим… Так родился наш проект «Культурная платформа Синхронизация». Мы сделали курс мини-лекций об искусстве, которые просто и интересно рассказывают о сложных областях философии, музыки, живописи, литературы… Сейчас это один из самых больших лекториев Москвы. Этот образовательный проект выдернул меня из состояния неопределенности. Я понял, что образование прекрасно соответствует моим требованиям к деятельности. Первое – мне хотелось делать что-то кармически правильное. Второе – делать что-то значительное. 

Образование прекрасно соответствует моим требованиям к деятельности. Первое – мне хотелось делать что-то кармически правильное. Второе – делать что-то значительное

2– С чего началась «Алгоритмика»?

– С вопроса, как и чему мы должны учить детей? В мире есть две мысли по этому поводу. Что нужно учить навыкам XXI века и профессиям XXI века. Навыки XXI века – это критическое и логическое мышление, это умение работать над проектами, поставить задачу и решить ее по частям, это креативное мышление и умение работать в команде. Профессии XXI века – цифровые, инженерные профессии, интернет-инженерия. Программирование успешно сочетает в себе и одно, и второе. Я начал изучать, как в мире учат программированию, и нашел очень интересную разработку в Массачусетском университете. У меня сразу сложилось в голове, как это можно доработать, чтобы это стало очень крутым образовательным продуктом. Собрал команду, и осенью 2016 года мы запустили первые группы «Алгоритмики».

– Расскажите подробнее, в чем суть?

– «Алгоритмика» – это основы программирования. Идея алгоритмики – это IT-платформа, софт в первую очередь, который помогает учителю. Есть онлайн-система, с помощью которой проходят уроки программирования. Дети и учитель работают в классе, каждый за своим компьютером, но в едином интернет-пространстве. Курс построен в форме квеста, игры, чтобы детям было интересно. Система сама определяет уровень ребенка и выдает следующую задачу в зависимости от его возможностей. Это позволяет в одной группе, по одной и той же теме работать с совершенно разными детьми. Система дает подсказки, теоретические обоснования, направляет ребенка. Много элементов, которые мотивируют детей. За решение каждой задачи ученики получают баллы. Одновременно с этим у преподавателя тоже есть свой интерфейс. При этом преподаватель лично работает с каждым ребенком, видит, у кого что не получается, разбирает каждую задачу. В конце образовательного курса наши ученики делают индивидуальный проект – например, мультфильм или компьютерную игру, которую можно выложить в Интернет и играть с друзьями. Представляете?

Мы постоянно совершенствуем систему, «учим» ее точнее индивидуализировать образовательный трек для каждого ребенка, в это инвестируем. Над проектом работает огромная команда – 50 человек. Сегодня «Алгоритмика» – это 10 тысяч детей и более 40 городов по всему миру. Мы стартовали в Австралии, Польше, Казахстане, на Кипре.

– Как вас принимают за границей?

– Сложный момент, что Россия под санкциями. Когда слышат, что мы стратап из России, многие напрягаются. При оценке рисков это значит умножить на ноль. В российский стартап практически невозможно получить западные инвестиции. И я так понимаю, что лучше в ближайшие несколько лет не станет. Но мы планируем выйти на американский рынок. Он в сто раз больше, выше доходы, и все открыты к инновациям.

– А в России есть заинтересованность в ваших проектах?

– Мы делаем большой проект в Азербайджане. Там очень хотят обучать детей в соответствии с современными требованиями. Совместно с их министерством образования разрабатываем курс нового школьного предмета «Цифровые навыки», который будет введен во все школы страны. В России год назад мы были разработчиками проекта при поддержке Министерства связи и образования России «Час кода» – по программированию для детей. Точечно мы сотрудничаем со школами, ведем переговоры с отдельными регионами. Подали заявку, чтобы стать резидентами Сколково. На федеральном уровне пока ни с кем не общались.

В России образование очень консервативно, технологии в него заходят медленно. Но рано или поздно это все равно случится.

Я знаю, что наш проект может изменить образование во всем мире. Хочу, чтобы миллионы людей учились новым технологиям по нашим, российским разработкам. И это моя большая цель. Ради этого, возможно, мне придется уехать на какое-то время. Но я не хочу уезжать навсегда. Я действительно люблю Россию, русскую культуру, ментальность. И понимаю, что куда бы не приехал, везде буду чужим. Никогда я не буду понимать людей там, как понимаю своих.

– Как складывается ваша жизнь?

– Мне очень не хватает математики, напряжения мозга. В бизнесе до пика, как было во время учебы, все-таки не доходит. И я постоянно ищу себе дополнительную нагрузку: решаю задачки, смотрю лекции по математике. И с радостью чувствую, как скрипят «шестеренки» в моей голове.

Прокомментировать