Ольга Степанова. Ландшафты жизни

Жить Хорошо 20 марта 2012 0 Просмотров: 2449

Мало кто знает, что у большинства милых уголков нашего города тоже есть авторы. Ольга Георгиевна Степанова – архитектор с многолетним стажем. По её проектам была построена набережная в Тамбове, в Калуге в далеком 1983 году была сделана часть сквера Волкова со стадионом и прилегающими площадками, она обустроила родник в Кукареках, и новый сквер Карла Маркса – тоже её работа. 2 апреля Архитектурному бюро под её руководством «Ренессанс – Новое Время» исполнится 15 лет.

– Ольга Георгиевна, у вашего бюро такое интересное название. Почему Ренессанс?

– У нас сначала было другое название – «Денница», в честь древнерусской богини зари. А потом почитали у Пушкина, в другой литературе, и выяснили, что Денница употребляется ещё и как имя люцифера. В связи с этим мы решили поменять название. Ренессанс – как возрождение нашего города, страны в новом времени.

– С чем вы связываете возрождение? С президентом? За вашей спиной его портрет.

– И с ним тоже. Я считаю, что Путин – это тот президент, который нам сейчас нужен. Как бы я хорошо ни относилась к Прохорову, – молодой, энергичный, передовой, – я понимаю, что не настало еще его время. Пусть основа укрепится, и тогда можно будет менять власть. И что бы ни говорили, поднял страну все-таки Путин. Знаете, что его за границей называют ястребом? И вот нам на данном этапе этот ястреб нужен. Да, что-то у него не получилось, что-то не выполнил он, но выполнить все невозможно. Мы даже свои личные планы на день выполнить не можем. И говорить, что он что-то не сделал – просто кощунство. Не помнят люди, что ли, что было в стране до Путина? Забыли? Не до архитектуры было.

– А вы мечтали построить какой-то масштабный объект?

– Я всегда понимала свои возможности, поэтому воздушных замков не строила. Даже в юности. У нас есть выполненные объекты – и здесь, и в Подмосковье, сейчас выполняем работу, приуроченную к Олимпиаде в Сочи, – это не шедевры. В архитектурном плане мой конек – планировка. Я могу представить, как здесь будут жить люди, как им будет удобнее. Архитектор вообще создает образ сразу, представляет весь объем. А потом уже начинает создавать детали. Вот, например, мы проектировали 17-этажный дом в переулке Суворова, и там была сложная угловая секция. Внутренний угол всегда создает напряжение. Он всегда очень неудобен, в связи с тем, что плохо освещен. И тогда я пошла по другому пути: не стала туда помещать жилье, а сделала там шахту с лифтами и лестницами. Вокруг этого «ствола» я уже размещала квартиры. Вот такой я архитектор.

– Почему вы выбрали эту профессию?

– Мой дядя был художником, и, видимо, это наследственное. Я рисовала с самого раннего детства. Сохранился мой детский рисунок – букет в вазе. Когда я его нашла, спросила маму, в каком возрасте я его нарисовала, – настолько он хорош. Оказалось, в четыре года. Да я сейчас так не нарисую, не придумаю таких цветов. А тогда я не знала, что это невозможно.

– Где вы учились?

– Родилась я и выросла в Казахстане, в алтайских горах. Там же окончила школу и институт. Год проработала в родном Усть-Каменогорске. Потом уехала в Волгоград, полтора года работала в институте «Энергожилиндустрпроект» министерства атомной энергетики. После уехала в Тамбов. Там как раз и попала в отдел, где занимались только ландшафтной архитектурой. И тогда я влюбилась в эту работу. Работала в группе архитекторов, которых пригласили из Сочи благоустраивать Тамбов. Это был 80-83 год. Тогда там много было нами сделано: набережная, улицы… Не знаю, в каком они сейчас состоянии.

– А в Калуге как оказались?

– Честно говоря, Тамбов мне не очень нравился, я не хотела там оставаться навсегда. Хотя работа была замечательная, люди меня окружали талантливые. Но я мечтала оттуда уехать. Мы с мамой искали обмен на другой город, рассматривали и Рязань, и Тулу. А в то время, если помните, за продуктами из провинции ездили в столицу. Я останавливалась в Москве у одной знакомой старушки. И в один из моих приездов к ней зашла соседка и говорит: «А почему вы в Калугу не хотите переехать? Такой город – чистый, красивый, не то что наша Москва». И как раз образовался обмен Тамбов-Калуга. И знаете, что потом выяснилось? Предки по маминой линии жили в Верее, а папа родился в Жиздре. А я случайно выбрала золотую середину – Калугу. Зов предков.

– Как вам показался город?

– Это была любовь с первого взгляда. Мне понравилось всё! Ландшафт, старинные улицы, город был действительно чистейший. Воскресенская – моя самая любимая улица. Эта её самобытность, нетронутость, какая-то духовность. Я даже постаралась переехать в этот район, чтобы жить к ней поближе. Жалко, конечно, что она в таком состоянии. Сейчас тротуары выложили плиткой, стало лучше. Но деревья там нужно приводить в порядок, фасады. А какой в Калуге роскошный природный ландшафт! Улицы вверх-вниз, река, овраг… Настолько меня здесь все воодушевило. Думаю, вот где можно развернуться! Но, к сожалению, не удалось.

– Почему?

– Время тогда наступило такое. Не до ландшафтного проектирования. Я работала в управлении архитектуры, потом в «Мастерской генерального плана». Мы собирали исходный материал, данные о городе, на основе которых в Москве разрабатывали генплан Калуги. Успели сделать немного, а потом власть сменилась, процессы пошли другие, и решено было «Мастерскую» закрыть.

В 1997 году я решила, что все-таки нужно создавать свое предприятие. В смысле карьерного роста мне дальше было некуда двигаться. Я уже была руководителем, директором. И всю эту кухню знала, и процессы все были понятны.

– Не было у вас сомнений, опасений?

– У меня были хорошие помощники, которые меня поддержали. В одиночку начинать собственный бизнес оченьочень трудно. Все равно нужна помощь, моральная поддержка. Рядом со мной всегда были и есть сейчас люди, которые мне помогают. Может быть, сами того не зная. Настоящие друзья. И я благодарна жизни за это.

Тогда я собрала крепкий коллектив специалистов, проверенных, надежных людей. Мы давно друг друга знали, работали, сотрудничали до этого в разных организациях. И все эти годы работаем стабильно. Все уже люди немолодые, но знающие. У меня главный инженер – женщина, ей 82 года. Человек очень энергичный, с острым умом и памятью, и она ещё молодым фору даст.

– Почтенный возраст не мешает развитию предприятия?

– Опыт для меня важнее. Опытный специалист делает все быстро, качественно, без ошибок. А в смысле развития – мы на передовой. Все изменения технологические, юридические отслеживаем и используем, держимся в курсе последних тенденции. Но и с молодежью работаем с удовольствием. В прошлом году к нам на практику приходили ребята из Калужского гидромелиоративного техникума. С ними очень интересно.

– Трудно ли вам, женщине, было входить в «мужской мир» бизнеса?

– Наверное, у меня мужской склад ума. Может быть, это мне помогает? Кстати, что интересно, партнер, который меня поддерживал вначале, – тоже была женщина. Она подбадривала меня, говорила: «Давай, ты сможешь!»

– А были сложные моменты?

– Нас, конечно, кризис 2008-го очень сильно клюнул. 1998 год мы перешагнули более спокойно. А вот последние два года была работа, но настолько мало, что страшно порой становилось. Даже Москва замолчала.

– И что вы думали в тот момент?

– Шутила, что все брошу и буду рисовать. Но потом подумала, что рановато мне ещё на покой, встрепенулась, мобилизовалась, и сейчас мы выходим из штопора. Думаю, что девятый вал уже позади. Вообще, я не люблю жаловаться. По натуре я оптимист, и считаю, что трудности нам даются не просто так. Иногда что-то тут не получается, там какие-то задержки, препятствия, а потом вдруг это преобразовывается и вырастает в отличный результат. Путь к вершине не может быть легким. И последний кризис, я уверена, – это плацдарм того нового, большого, которое будет.

– Чем сейчас занимается Архитектурное бюро «Ренессанс – Новое Время»?

– Мы все делаем. И частные дома, и многоэтажные, бытового и общественнокультурного назначения. Вот физкультурнооздоровительный комплекс на Телевизионной, д.18 мы делали. Иногда вижу по телевизору репортажи оттуда, и душа радуется! Зал получился очень яркий, праздничный. А ведь это совершенно случайно: привезли этот зеленый материал – алюкобонд, хотели его пустить на лицевую отделку. И я сказала: «Да вы что?! Это будет зеленый попугай на улице!» И предложила обшить зал. И так он заиграл!

– А как ландшафтный архитектор над чем в городе поработали бы?

– В Калуге очень много нетронутых естественных уголков, которые можно было бы благоустроить. Я имею в виду не дизайн, а именно ландшафтную архитектуру. Например, Березуйский овраг! Там можно сделать великолепную парковую, рекреационную зону. Не меняя ландшафта! Сделать на склонах в разных уровнях лестницы, скамейки, аллеи и дорожки, фонари…. Будет просто прекрасно. По моему мнению, ландшафтный архитектор должен дополнять природу, а не переделывать. Нужно уметь именно вписаться в существующую среду, немного добавив или убрав лишнее. Много развлекательных объектов я бы не стала там делать. Вот в Чехии видела: небольшая площадь, в центре инсталляция – покрашенные трубы на расстоянии полуметра друг от друга, и они набраны просто кучей. Детей оттуда не вытащишь! Они лазают там между труб. А родители вокруг сидят на скамейках. И никто не возмущается. Подумала: надо же, ктото придумал! Все гениальное – просто.

Надо отметить, что последние года три калужане стали более активно наводить красоту у своих домов. И благо все чаще люди обращаются к специалистам по ландшафтному дизайну и архитектуре. Это очень преображает город.

– А у вас есть свой кусок земли, где вы можете воплотить все свои идеи и мастерство?

– До последнего времени не было, но как раз сейчас я строю дом, и уже там я сделаю, что могу. Я даже уже нарисовала, что и как у меня будет во дворе.

– Ваш дом в каком архитектурном стиле выполнен?

– Строители мне сказали, что так не строят. Мой дом – самый простой, какой только может быть. Эталон минимализма. Я смотрю на архитектуру с практической точки зрения. Для меня важна эксплуатация. Крыша, чтобы была без заворотов и разворотов, чтобы в дождь и снег не было критических мест. Комнаты разместила на одном уровне, чтобы не ходить в старости по лестницам. Когда говорят: «Я люблю окна огромные, в пол», я сразу думаю: «Так, мыть тяжело, потеря тепла большая». Все должно быть удобно, меньше затрат труда, средств. В этих вопросах я рациональна.

– А вообще какой стиль вам нравится?

– Очень люблю классицизм, модерн – вот загс наш на Воскресенской просто обожаю, настолько он красив! На территории дома отдыха «Воробьи» великолепная усадьба в стиле модерн! Но мне очень нравится современная архитектура, хайтек. Люблю все эти криволинейные формы, абстракцию в архитектуре. Молодежь сейчас более продвинутая в этом плане, смелая. Мы, старое поколение, более зашорены, нам надо обязательно знать, где несущая стена, где опорная колонна?.. А молодые проектируют бесстрашно, фантазийно, и я этим очень восхищаюсь. Вообще, мне нравится все новое! Антиквариат – это хорошо, но не для дома. В музее – да: я буду разглядывать, рассматривать, восхищаться, но жить с этим я не могу.

– Чем вы занимаетесь на досуге?

– Читаю. Очень много. Самое интересное – больше не художественные книги. Мне нравится научная литература, у меня отличная библиотека литературы по искусству – перечитываю. Хотя все это мы в институте изучали, но теперь, с возрастом, опытом, это все воспринимаешь и понимаешь подругому. Фантастику люблю, Лукьяненко читаю с большим удовольствием. Стихи пишу.

– О чем?

– О жизни. Иногда нахлынет чтото. Просто идешь по улице, и приходят строки. Пытаюсь донести их до дома, не забыть. Повторяюповторяю, потом записываю.

– А про любовь пишете?

– Любовь была. И, конечно, это важно. Но у каждого своя судьба. В моей жизни не сложилось семьи. Но это не значит, что я изза этого стала хуже. Испытания должны делать человека только лучше. Сильнее. Бывает иногда тяжелый день, неприятность какаято случается, и вечером анализирую все и думаю: «А вообще спасибо за такой день! Прожит не зря!» Надо всегда помнить, что любой день уже не вернется. Второго такого не будет. Нужно любить каждый момент и подходить ко всему происходящему именно с такой точки зрения. С точки зрения любви.

Выход есть всегда. Както была в церкви, и там один молодой мужчина меня спросил: «Вы зачем такую свечу ставите?» Я ответила, что так благодарю за помощь. А он говорит: «Чтото долго приходится ждать помощи от вашего Бога». И я сказала ему, когда ты со всем справишься, настанет благо. Он ушел, а потом я видела, что он всетаки вернулся.

– Вы чувствуете, что Бог вас видит?

– Да. И даже иногда знаю, в какие моменты. Понимаешь, что тебя ктото держит, помогает. Помните притчу? Один человек все время жаловался на судьбу, молил бога дать ему крест полегче. Бог взял его за руку, привел в комнату, где было много разных крестов, бросил в эту кучу крест и сказал: «Пожалуйста, выбирай любой». Человек посмотрел один, другой, третий. Наконец, выбрал средний крестик и спрашивает: «Можно я вот этот возьму?» Господь ответил: «Конечно, можно. Ведь это и был твой крест». Мы все выбираем сами свой крест, и нам дается только то, что мы осилим.

– Сейчас православный пост, вы его соблюдаете?

– Нет. Мне кажется, это стресс для организма. Я считаю, что больший грех – это язык наш. Мы такого иногда можем наговорить по неосторожности, по глупости, обидеть человека. Лучше соблюдать пост в мыслях, поступках. Я не имею привычки повышать голос, не позволяю себе кричать на кого-то. Просто разговариваю с человеком, объясняю. Найти общий язык можно с любым человеком. Каждый может ошибиться, я не склонна судить категорично. Нельзя наказывать человека за ошибки, он же не специально это делает. Конечно, изредка, я могу вспылить, но не с подчиненными. Могу с заказчиком поспорить, отстаивая свои права.

– Что вас радует сегодня?

– Меня вся жизнь радует. Я очень люблю природу. Животных. Мне кажется, что я их понимаю. Не боюсь собак. Пока я не могу позволить себе завести собаку. Вот будет дом, я обязательно заведу себе хорошего пса, которого буду и учить, и любить. Я очень счастливая на друзей. Вокруг меня всегда были и есть замечательные люди. И я стараюсь учиться у них. Но самый дорогой у меня друг – это моя мама. Мы с ней вдвоем остались, когда мне было 11 лет. И так по жизни идем. Все самое лучшее, что есть во мне, – это ее заслуга. В этом году ей будет 85 лет. Она прожила очень тяжелую жизнь. С девяти лет ей приходилось зарабатывать на хлеб, война началась – ей было 14, и это были годы тяжелого труда под лозунгом «Все для фронта». Она имеет государственные награды. Я иногда смотрю на нее и думаю: «Какое сильное это поколение, сколько они вынесли на своих плечах? Они замеча-тельные!» Мне с ней легко, тепло и спокойно.

– Какие у вас планы на ближайшее будущее?

– Скоро уже переедем в наш новый офис в переулке Старообрядческом. Не можем дождаться! В плане работы я сейчас больше настроена именно на ландшафтную архитектуру. Планирую начать работу над парком в Бабынино. У меня уже есть проектное предложение. Там новый физкультурно-оздоровительный центр, стадион и памятник, и вот этот парк должен все объединить. По моей идее там будут дорожки для велосипедистов, скейтбордистов, детский городок. И ещё у меня есть одна мысль… Отец мой родился в Жиздре, он был маленьким, когда его увезли оттуда. Папа мой был военный, фронтовик. Из Германии вернулся в 1953 году, болел и ушел из жизни рано. Ему был 41 год всего. И мне хотелось бы сделать что-то в Жиздре в память об отце.

Анна Большова
Фото Дмитрия Демидова и из личного архива Ольги Степановой

Прокомментировать

От редактора

Интервью

Опрос

Какое название по вашему мнению больше всего подойдет новому спортивному комплексу "Дворец спорта", который вскоре будет построен на месте стадиона "Центральный"?





Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...



Архив опросов